Гипотеза Геи.

В 1960 году британский врач и климатолог Джеймс Лавлок сформулировал «гипотезу Геи», согласно которой планета Земля представляет собой живой организм, состоящий из людей и других организмов, а также океана, атмосферы и земной коры.

Названная в честь античной богини Геи, эта живая планета меняется и развивается, следуя за изменениями своих элементов. Но, как у любого организма, способность Геи к саморегуляции ограничена; одни травмы заживают, другие могут развиться в злокачественный процесс.

В понимании Лавлока, человечество — часть этого саморегулирующегося организма. Потревоженная людьми, Гея восстановит свой баланс, но на другом, более высоком уровне температур и, возможно, пожертвовав человечеством, если так распорядится планетарный иммунитет.

Французский философ Бруно Латур радикализовал идеи Лавлока, приписав Гее целостность и субъектность, которые включают человека и противостоят ему. Состоя из людей и природы, Гея есть целое, противостоящее своим частям. Она мать кормящая и кастрирующая, в прошлом она бывала и привлекательна и страшна, но сегодня она повернулась к нам своей ужасной стороной. Чудовищная Гея, мать самого времени, грозящая кастрацией обезумевшему миру, — таково назидание философа нашей эпохе. (Цит. по: Эткинд, А. Природа зла. Сырьё и государство. — М., Новое литературное обозрение, 2020. С. 460,461).

Back To Mother Earth

Известно, что Москву называют «большой деревней». Это выражение могло возникнуть из-за притока жителей из провинции, многие из которых приезжали в Москву из деревень.

На протяжении всего XX века городская жизнь манила и притягивала крестьян своими "удобствами". И вот теперь, вкусив "прелестей" городской жизни, обитатели городов, в особенности мегаполисов, оторванные от земных корней, закатанные в асфальт и бетон, обращают свой мысленный взор "вспять"… к Матери Земле.

В духовном плане я отчётливо ощущал  – песни амазонских шаманов – икарос – это голоса самой Матери Земли. Индейцы не придумывали песен. Они их слышали и воспроизводили. Мелодия шаманских икарос – как колыбельная матери. Она успокаивает, усмиряет разбалансированный, взбудораженный дух человека. Шаманская песня как бы говорит нам – живите в мире и согласии с природой. Любите своих близких, чтите традиции предков, уважайте мир животных (которые совсем не «меньшие братья» нам; и среди них обитают боги, которые могут принимать облик анаконд, кайманов и ягуаров).

Источник 

Матриархальные мотивы в мифологии балтов.

А. Дугин в своей монографии "Неславянские горизонты Восточной Европы: песнь упыря и голос глубин" (М.: Академический проект, 2018) говорит, что "в балтийской мифологии мы видим довольно отчётливо следы палеоевропейского матриархата, хотя в целом основные сюжеты и линии носят отчётливо патриархальный и индоевропейский характер".

Ну, если там и есть какие-то следы, то они подобны "седьмой воде на киселе". Очень трудно рассмотреть следы палеоевропейского матриархата в культуре воинственных пруссов, пантеон которых состоял целиком из одних мужских божеств. Верно замечает Дугин, что "мы можем говорить о «балтийском матриархате» как об условной дедуктивной реконструкции, причём условной ещё в большей степени, нежели в случае «славянского матриархата» (по теории Э. Гаспарини)". 

Тем не менее: "для балтийских крестьян было характерно почитание божества Матери-Земли — у литовцев Жемины (Zemyna), у латышей Земес-мате (Zemes mate)".

Я уже высказывал своё мнение о том, что образ Матери-Земли является довольно поздним патриархальным конструктом; в нём нет ничего палеоевропейского. 

"Гипохтонический аспект Великой Матери представлен у латышей образом Богини мёртвых — Велю-мате, которая выступает психопомпом, проводя души в загробный мир (вели, латышское velu — душа), но никакими особенно зловещими чертами это божество не наделено.

Ещё в XVIII веке литовцы приносили дары матери-земле (Zemyna) после рождения ребёнка. По утрам и вечерам следовало целовать землю. Подношения земле: мёд, хлеб, зерно, травы или ржаной сноп — закапывали, раскладывали перед камнями, прикрепляли к деревьям или бросали в море, реки, озёра и источники. Как следует из описаний XVIII века, в деревнях не было праздников, в которых бы не восхвалялась богиня земли — Zemyna.

Антропоморфический образ земли неопредёлен <...> Функции земли распределялись между отдельными низшими божествами"... и духами, - добавлю я от себя. - "Дух зерна прятался во ржи или на других полях, где росло зерно. Верили, что он остаётся в последнем сжатом снопе. Обычно литовцы придавали этому снопу форму женщины. До наших дней он зовётся rugiц boba— «ржаная баба».

Здесь важно обратить внимание на представление о том, что люди растут из земли и что последний сноп, игравший важную роль в земледельческой сакральности, связан с женским началом — «ржаная баба». Эти детали указывают на сохранение палеоевропейских традиций Великой Матери, связанных с женской обработкой земли", - пишет Дугин.

Аполлон как Цезарь: пришёл, увидел, победил.

Найджел Пенник сообщает: "Во многих [древнегреческих] святилищах перед жертвоприношением всем прочим божествам вначале совершалось жертвоприношение Земле. Так, жрица храма Аполлона в Дельфах у Эсхила («Эвмениды») начинает своё обращение следующими словами:

«В молитвах именую прежде всех богов Первовещунью Землю».

Далее объясняется, что покровительство бога Аполлона храму является даром богини:

«После матери
Фемиду славлю, что на прорицалище
Второй воссела, — помнят были. Третья честь
Юнейшей Титаниде, Фебе. Дочь Земли,
Сестры произволеньем, не насилием
Стяжала Феба царство».

А в «Хоэфорах» Эсхил говорит:

«О, призову Землю, что дарует жизнь всему
И забирает, возвращая вновь в своё лоно»."

Выражение — Первовещунья Земля — намекает на то, что изначально все оракулы принадлежали Матери Земле. Это и понятно: афиняне называли всех умерших «людьми Деметры». Хотя в мифе о похищении Персефоны дочь Деметры, а не она сама, становится царицей подземного мира, но народная культура не разделяла этих двух богинь. Таким образом, Деметра являлась обладающей душами умерших. Согласно религиозной аксиоме, не требующей доказательств, "мёртвые знают больше живых", и поэтому везде и во все времена живые вопрошали мёртвых, искали у них ответов на свои вопросы. Значит, если умершие считались «людьми Деметры», а пифия вопрошала мёртвых, то при чём здесь Аполлон?!

МАТЬМА.

Карта пещеры Руффиньяк, которая содержит более 250 рисунков, относящихся к верхнему палеолиту. Красными точками помечены места обнаружения наскальных рисунков. Общая длина подземных ходов составляет более 8 км. 

Некоторые из древнейших произведений человеческого искусства в Европе полностью скрыты от глаз, спрятанные в узких проходах глубоких, тёмных и извилистых пещер. Чтобы даже увидеть стены, не говоря уже о том, чтобы их расписать, художникам каменного века приходилось ползать с несколькими факелами, и археологи теперь подозревают, что весь этот дым вызывал изменённое состояние сознания. Также имеется предположение, что древние люди сознательно стремились к подобному преобразующему опыту в глубинах подземного мира задолго до того, как они начали употреблять психоактивные вещества.

«Несколько лет назад, когда я посещал некоторые расписанные пещеры во Франции, я начал замечать, что большинство изображений находятся глубоко в очень узких пещерах», — рассказал изданию The Jerusalem Post археолог Яфит Кедар из Тель-Авивского университета в Израиле. «Я начал задаваться вопросом, почему они решили работать в глубине пещер, а не рисовать у входа в пещеры, где они также могли бы иметь естественное освещение».

Моделируя влияние факелов и ламп на воздушный поток в пещере, Кедар и ее коллеги обнаружили, что чем уже вход в пещеру, тем быстрее человек начнет испытывать кислородное голодание. У людей кислородное голодание может естественным образом высвобождать дофамин в мозге, что иногда приводит к сонливости, эйфории, галлюцинациям или внетелесным переживаниям. Фактически, учёные, которые изучают пещеры, сообщали о том, что испытывали подобные эффекты даже без горящего факела в руке. Дополнительное использование огня делает такое состояние гораздо более вероятным. И чем глубже в пещерную систему кто-то проникает с горящим пламенем, тем больше вероятность того, что он будет испытывать кислородное голодание. В ходе различных симуляций исследователи обнаружили, что при особо ограниченном уровне вентиляции уровень кислорода может упасть до 9 процентов, что примерно соответствует уровню, при котором человек может потерять сознание.

Это может показаться серьезным препятствием для пещерной живописи, однако сотни древних наскальных рисунков из верхнего палеолита, датируемых от 14 000 до 40 000 лет назад, находятся на похожей глубине. Фактически, некоторые образцы наскального искусства были найдены так далеко от входа в пещеру, как только мог забраться художник. Например, во французской пещере Руффиньяк большинство древних изображений были нарисованы на стенах чрезвычайно узких проходов, на расстоянии 730 метров от единственного входа.

Поэтому представляется возможным, что некоторые древние люди ползали глубоко в тёмных пещерах Европы, чтобы намеренно войти в изменённое состояние сознания. В пещерах Ласко во Франции, где находятся некоторые из самых известных рисунков верхнего палеолита, были обнаружены природные газы, которые могли вызывать у древних людей схожие галлюцинаторные состояния.

Исследование опубликовано в журнале «The Journal of Archaeology, Consciousness and Culture» . .

Здесь нужно ещё подчеркнуть связь изменённых состояний сознания с сенсорной депривацией в подземных полостях пещер, которые на мифологическом уровне отождествляются с утробой Матери-Земли. Вот что принципиально важно: "наши тела появляются на свет по естественным законам, но в какой-то момент в нас просыпается наша духовная природа, более высокий уровень человеческой природы, которая не просто следует законам мира животных, эротическим и силовым импульсам или желанию спать. В нас пробуждается осознание нашей духовной цели. Это и есть сущность человека, его мистическая жизнь, которую следует прожить, поднявшись над стремлением найти пищу, сексуальными влечениями, экономикой, политикой и законами общества. Вот в чём заключается принципиальная мифологическая роль женского начала: рожая нас физически, она является и нашей Матерью во втором рождении — как существ, обладающих духовностью. Мальчиков отправляли для инициации в пещеры, в утробу Земли, чтобы они из детей своих биологических матерей превратились в детей космической Матери" (Дж. Кэмпбелл. Богини: тайны женской божественной сущности. — СПб.: Питер, 2019. С. 30).

Я не понимаю, откуда Дж. Кэмпбелл взял, что именно мальчиков отправляли в утробу Земли, а не девочек. Почему он упустил из вида менструальное табу, которое стимулировало ежемесячную "самоизоляцию" представительниц "слабого пола"? Ну да ладно, это — не суть. Суть же в том, что таинственный акт духовной трансформации, преображающей животное в человека, происходил первоначально в недрах Матери-Земли.  

Из наблюдений за мочика.

1. Производственной основой общества Мочика было орошаемое земледелие, причём в некоторых долинах крупные ирригационные системы возникли ещё в домочиканскую эпоху. В сельском хозяйстве широко использовались удобрения (Источник).

2. Мочика известны своими человеческими жертвоприношениями. "Интересно то, что очень часто на «корм» богам отправлялись добровольцы, принадлежавшие к числу знати. Причём самые влиятельные семейства старались как можно чаще «отмечаться» в жертвоприношениях. Считалось, что Боги больше всего любят, когда в жертву им приносят юных девственниц. Понятно, что далеко не все девушки хотели расставаться с жизнью, поэтому перед церемонией опытные жрецы накачивали их наркотиками. И одурманенные жертвы бросались вниз со специального утёса. Но некоторым приходилось слегка «помогать». А вот с мужчинами дела проходили несколько иначе. Чаще всего им просто перерезали горло, а кровь собирали в сосуды. Причём пить из них могли лишь правители и жрецы" (Источник). 

Если "связать" эти два сообщения, то у нас получится связка земледелия с жертвоприношениями. 

Любой земледелец знает, что земля требует жертв, то есть внесения органических удобрений. Без навоза земля становится "убитой", твердокаменной, и почти ничего не родит. При подсечно-огневом земледелии вместо навоза приносится жертва в виде сожжённых деревьев; через три-четыре года земля обедняется микроэлементами, и требуется новое жертвоприношение.

Теперь возникает вопрос: как связать внесение органических удобрений с человеческими жертвоприношениями? И сопряжённый с этим другой вопрос: везде ли и всегда ли человеческие жертвоприношения были связаны с культом Богини? 

Я прежде писал, что образ Матери-Земли возник довольно поздно, уже в эпоху патриархата, а до этого Богиня почиталась как Царица Небесная. Стало быть, человеческие жертвоприношения в качестве "навоза" для Матери-Земли могли иметь место лишь в патриархальных обществах. Но тут всё вилами по воде писано. Надо всё проверять и перепроверять.

Реабилитация Матери-Земли.

И. И. Лисович в статье "Репрезентация теории магнетизма в английской культуре XVII века: У. Гилберт "О магните" и Б. Джонсон "Магнетическая Леди" говорит, что свойства магнита практически не становились объектом самостоятельного теоретического осмысления и экспериментального исследования до фундаментального труда президента Королевской медицинской коллегии Уильяма Гилберта (англ. William Gilbert, 1544-1903), "О магните, магнитных телах и большом магните Земля", опубликованного в 1600 году, который он писал на протяжении двадцати лет.

В античности железо ассоциировалось с Марсом, а магнит считался "камнем Венеры". Женский камень Венеры непостижимо властвует над железным Марсом, будучи при этом слабым и зависимым от него, поскольку сама богиня своей нежной любовью притягивает к себе Марса,

Лавиния Фонтана. Марс и Венера. 1600-е годы.

и тем самым смягчает его суровый и яростный нрав, даруя ему мир и покой. Эта концепция феминной вторичности магнита воспроизводилась в большинстве европейских средневековых текстов. Представление о магните как камне Венеры вполне вписывалось и в алхимическую концепцию.

У. Гилберт последоватьно разрушает алхимическую иерархию металлов, а вместе с ней и алхимический гендерный дискурс. Учёный рассматривает алхимическую систему как экстраполяцию человеческих патриархальных практик и отношений на законы Природы.

Гилберт переворачивает средневековую патриархальную логику, заявляя, что "... всякое движение магнита и железа, всякий поворот, наклонение и устойчивость происходят от самих магнитных тел и от всеобщей матери - Земли, которая является источником, распространительницей и началом всех этих свойств и особенностей". Учёный выстраивает совершенно другую иерархию отношений между Землёй, железом и магнитом, где Земля порождает железную руду и магниты: "В верхней части земного шара, или в его непрочной оболочке, как бы в его коре, эти два тела возникают и зарождаются большей частью в одной и той же матке, в одном и том же руднике, как близнецы". Учёный подчёркивает принципиальное равенство магнита и железа, называя их близнецами по рождению от матери-Земли, которая имеет железную природу и обладает магнетическими свойствами. Для Гилберта уподобление Земли живородящему женскому началу является не метафорой, а основой его эгалитарной физики движения и космологии, где доминирующей оказывается женская природа, полностью лишённая эротического контекста. То есть, у Гилберта, при помощи архаичного концепта "Земли-матери", опосредованно опровергается патриархальная интерпретация феминного начала как холодного, влажного и пассивного, способного воспринимать движение только от маскулинного.

К вопросу о Матери-Земле.

Ф. Ф. Зелинский приводит пару "нестыковок", которые свидетельствуют против отождествления Деметры с Матерью-Землёй.

"В мифе Земля выступает, скорее, как противница Деметры: это она производит, «угождая Аиду», тот волшебный нарцисс, обладание которым отдаёт Кору похитителю. Земледельческий же характер культа заставлял видеть в Деметре богиню хлебопашества, т. е. той человеческой деятельности, которая насиловала Мать-Землю, заставляя её против своей воли служить человеку своими дарами".

Да, для цветов, для того же нарцисса, Земля — богиня, потому что приходит весна и из земли появляются цветы, те же самые цветы, например полевые ромашки, какие росли в поле год назад. И нет никакой трагедии, потому что всё возвращается на круги своя. Нет печали о прошлогодних ромашках, потому что точь-в-точь такие же ромашки растут и ныне, и присно, и во веки веков. 

Земля не воскрешает людей так же, как она воскрешает цветы. Уже в древности не верили в воскрешающую силу Земли, и хоронили людей в каменных ящиках (дольменах) или в сосудах типа пифоса, чтобы тело умершего не соприкасалось с землёй. В Чатал-Хююке, насколько мы знаем, тела покойников выставляли на съедение грифам-стервятникам, - а ведь там была самая, что ни на есть, матриархальная религия, матриархальнее не бывает. И вот, мы видим, что не очень-то там доверялись земле.

Кажется, я уже стал несколько иначе рассматривать концепцию Ариэля Голана о "чёрном боге", находящемся в недрах Земли (см. начало моих размышлизмов в записи "Чёрный бог": анализ мифологемы). Ну, что-ж? Все реки рекут, и мои представления тоже меняются со временем.

Древнегреческая дуалистическая мифологема о светлом Небе и тёмной Земле.

Ф. Ф. Зелинский  рассказывает о двух великих господствующих началах древнегреческой мифологии — "отце Зевсе и матери Земле. В них основной, изначальный дуализм греческой религии. Там — оплодотворяющая, здесь — оплодотворяемая сила; их влечение друг к другу — та предвечная святая любовь, тот Эрот, который создал всю жизнь живого мира, первообраз и оправдание также и человеческой любви.

Ведь любит Небо Землю покрывать -

так защищает Афродита у Эсхила смертную любовь Гипермнестры к Линкею, нарушившей строгий наказ своего отца. Да, небо оплодотворяет землю — своим теплородом, своим светом, своим дождём; оно — вечно мужское, она — вечно женское начало. Греческий язык вполне отчётливо выразил это отношение — у него uranos мужского, gaia женского рода — гораздо отчётливее, чем латинский (caelum — ср. р.) и славянский (небо — ср. р.); хотя, с другой стороны, «земля» во всех арийских языках женского рода.

Почему, однако, Эсхил называет мировым оплодотворителем Небо (Урана), а не Зевса? Он мог смело назвать и его: и индийские, и латинские, и германские аналогии доказывают нам, что первоначальное значение имени Zeus и есть «небо» (восходит к праиндоевр. *dyḗws «небо, бог неба», от праиндоевр. *dyew- «сиять», - утверждает Викисловарь).

Но как для непосредственного чувства человека родившая и вскормившая его мать физически ближе, чем косвенный виновник его жизни, отец — так и из обоих космических родителей жизни отец рано одухотворился, в непосредственной близости к сознанию людей пребывала только она, мать Земля.

Она древнейшая в сонме олимпийских богов; много храмов построила ей Греция, просто как Матери (Meter) — в Афинах, в Олимпии — задолго до того, как из Малой Азии был принесён культ родственной, но всё же варварской богини, Великой Матери богов, или Кибелы. Изображали её полногрудой женщиной материнского облика, лишь верхней половиной своего тела выникающей из своей родной стихии".

Ну а далее Ф. Ф. Зелинский несёт пургу. Афиняне у него — «автохтоны», т. е. их предки были в буквальном смысле рождены той землёй, которую они поныне населяют. "Прямою противоположностью эллинам был древний Израиль. Ведомый своим Богом-Саваофом, он пришёл чужестранцем и завоевателем в свою «обетованную страну». Он не знал сыновних отношений к этой земле, которая никогда не была ему матерью — её населяли злые духи. И это своё властное, хищническое отношение к земле он привил и тем религиям, которые отчасти от него пошли, христианству и исламу".

Ф. Ф. Зелинский идеализирует и приукрашивает своих эллинов, которые в Элладе были точно такими же завоевателями, как и евреи в Палестине.
 

Размышлизмы об образе "Матери-Земли".

Вчера меня осенило: "Мать-Земля" — это религиоведческий фантом, который не наполнен никаким реальным содержанием. Я не могу сказать, когда именно возник этот фантом, но, кажется, он появился в эпоху Просвещения, в кабинетах учёных. Если же брать народную "хрестьянскую" среду дореволюционной России, то, как показал Георгий Федотов, за этим фантомом кроется образ Богородицы.

Далее, что касается язычников. Не современных неоязычников, у которых "каша" в голове, а древних, аутентичных язычников. Кардинал Оливер Схоластикус, епископ Падерборна, в своём описании Святой Земли, написанном около 1220 года, так отзывается о балтских язычниках: “Они почитают лесных нимф, лесных богинь, духов гор, низменностей, вод, духов полей и лесных духов. Они ожидают божественной помощи от девственных лесов, в которых поклоняются родникам и деревьям, курганам и холмам, крутым камням и горным склонам — всему тому, что якобы наделяло человечество силой и могуществом». 

Вот здесь мы видим реальное содержание, - это духи гор, духи полей и лесные духи. С ними можно иметь дело, с ними можно вступить в контакт, с ними связаны ИСС, одержимость, пророчество, исцеления и все те сверхъестественные способности, которые проявляются у "избранников духов".

Поклоняться абстрактному образу "Матери-Земли" — занятие пустое. И совсем другое дело — почитание лесных нимф. Образ "Матери-Земли" без нимф и сатиров — это всё равно как христианство без Иисуса Христа.

Пожалуй, есть лишь один путь "посвящения" в языческую духовность для современных людей, оторванных от Традиции. Этот путь связан с постижением таких феноменов, как НЛО, круги на полях (crop circles), полтергейст. Как показал американский уфолог и журналист Джон Киль в своём исследовании "НЛО: Операция «Троянский конь»", за всем этим стоят вовсе не инопланетяне, а духи лесов, полей и гор.

Владыка подземного мира.

Карл Кереньи пишет:

"Критский миф о Деметре догомеровский. О нём упоминается в "Одиссее" (V, 125), и вполне возможно, что в гомеровском гимне Деметре подразумевается та же история, когда воспеваемая в нём богиня говорит, что прибыла с Крита (123). По-видимому, общеизвестным было не только горе Деметры, но и её любовь к критскому охотнику Иасию или Иасиону и их слияние в борозде трижды вспаханного поля. О том, что её возлюбленный был охотником, первым нам рассказал Овидий. Но из других источников нам известно о существовании на Крите великого охотника, "пленявшего живых" и поэтому названного Загреем — это был не кто иной, как Владыка подземного мира".

"Владыка подземного мира" напоминает "чёрного бога" Ариэля Голана (см.: "Чёрный бог": анализ мифологемы). По всей видимости, рогатое мужское божество Чатал-Хююка и критский Минотавр — одно и то же действующее лицо неолитической мифологии. 

Грудь кормилицы.

Интересная запись - Смысл голой груди (гипотеза) - появилась у chispa1707.

"На картинах прошлого чаще всего обнажена именно грудь, причём, даже в тех случаях, когда вкладывать в картину эротический смысл нет никакой надобности. Очень часто обнажена какая-то одна грудь. На мой взгляд, это намёк на обряд усыновления: достаточно было покормить человека грудью (от 3-х до 5 раз), как он становился сыном кормилицы и родственником для всей её родни. Именно так ставили на царство людей талантливых, но недостаточно родовитых. И именно так приводили в подчинение какую-то часть вассалов (не всех). Женщина, с обнаженной грудью, призывающая к мятежу, напоминает избранной публике (своим названным сыновьям), что они - её дети, а потому обязаны подчиниться её воле".

В качестве иллюстрации chispa1707 приводит гравюру с Мариной Мнишек.

Я добавлю к этому картину Эжена Делакруа "Свобода, ведущая народ". 

Змееборческий миф: интимные подробности.

Андрей Мерянин в статье "Мифология болот и озер. Введение в мерянскую археогеомантику" пишет о «водном», «болотном» культе мери и говорит, что "у мери был развитый культ Великой Матери, потому что культ озёр и болот, культ множественных на нашей территории камней-чашечников, культ источников и колодезей с их «пронимальной» магией, все – напрямую связанны с Ней. Плюс к этому не будем забывать о развитом культе Ящера (привет новгородско-чудскому «Коркоделу»), или как его называли христианские попы в своих летописях, «Велеса», хранителя подземных вод, владыки «Иного мира», связанного с Великой Матерью". 

Андрей Мерянин касается мимоходом основного индоевропейского мифа, суть которого заключается в выделении основного мифологического сюжета арийской мифологии — сюжета борьбы Громовержца со Змеем. Оказывается, весь сыр-бор разгорелся из-за Утробы. "Это та самая Утроба Матери, Великой Богини, за оплодотворение которой спорят Бог Неба (Юмал) и Подземный Ящер, Змей (Ёлс), которого любят изображать на наших постмерянских залесских наличниках. Родовая Утроба – основа мифологии Залесья".

Интересный расклад получается. В стародавние архаические времена, до арийской экспансии, в финно-угорской мифологии центральными персонажами были Великая Богиня и её консорт - змей. Затем появляется арийский "громовержец" и вступает в бой со змеем. И если змей родом из утробы Матери, тогда получается, что "громовержец" бьётся с ним из-за того, что сам хочет занять его "тёплое" место.

Берегите Землю, мать вашу!

В 2015 году широкой аудитории была представлена сводная информация из многолетних наблюдений телескопа «Кеплер», который обнаружил сотни ранее скрытых от нас звёздных систем и тысячи экзопланет. Космический трудяга наглядно доказал, что вселенная просто кишит планетами. Но вот незадача: среди них нет ни одной хотя бы близко похожей на Землю!

Но дело не только и не столько в этом. Солнечная система на фоне своих далёких сестёр представляет собой самую натуральную аномалию. До того как стартовала миссия телескопа, подавляющее большинство учёных полагало, что все звёздные системы устроены по типу Солнечной. То есть вокруг светила вращается порядка десятка спутников, начиная с самых малых, близких к звезде каменных шаров (типа нашего Меркурия), газовыми гигантами в центре, и заканчивая промёрзшими глыбами на периферии системы.

Действительность разбила теоретические измышления учёной братии в пух и прах. Всё оказалось совершенно иначе. Подавляющее большинство звёзд имеют не больше трёх спутников. Все они раскалённые газовые гиганты типа Юпитера, находящиеся настолько близко к светилу, что чуть ли не задевают его корону. «Кеплер» исследовал порядка 700 систем, и нашёл лишь одну, отдалённо напоминающую нашу. В ней семь планет земного типа. Три из них находятся в «обитаемой зоне». Вот только вращаются все эти планеты вокруг красного карлика. Trappist-1, так назвали звезду, примерно в две тысячи раз тусклее нашего Солнца.

"Причащение" Матери-Земле.

Кэролин Найтхаммер  пишет:

"Обычно в год, когда дожди шли регулярно, еды хватало, но женщины хопи хорошо знали, что в любой момент и по любой причине боги могут решить отказаться от намолённых грозовых туч и заставить голод посетить землян. По этой причине женщины часто клали крошечную щепотку песка в пищу, которую они готовили. Полингайси Коявайма (Элизабет Уайт) написала, что, когда вернулась домой в Орайби после долгого отсутствия, она была в ужасе, увидев, как её мать бросает песок в кукурузное тесто. Её мать объяснила: “Голодных людей много, а еды мало. К ней мы добавляем песок в качестве молитвы об изобилии. Песок, зёрнам которого нет числа, содержит в себе эту сущность. Что может быть более обильным, чем песок Матери-Земли в его бесконечности? Мы помним об этом, когда добавляем песок в нашу пищу при её недостаточном количестве. Когда ты месишь тесто своими тёплыми руками, сохраняй в сердце добрые мысли, чтобы в еде не было пятен зла. Проси, чтобы в еде была сила и величие Матери-Земли; тогда те, кто будет есть её, будут насыщаться как духовно, так и телесно” (Qoyawayma, 1964:35)" (Источник). 

В статьях про земледельческие общины эпохи неолита мне несколько раз попадались сообщения о "стёртых" зубах земледельцев. Объясняется это тем, что мелкие крупицы песка неизбежно попадают в муку при помоле зерна на ручных зернотёрках. 

Но, может быть, помимо этого, зубы "стирались" ещё и от песочка, который женщины подбрасывали в муку, для того чтобы вкушающие хлеб "причащались" телу Матери-Земли?

О мифологеме "мать-земля и дочь-солнце".

Марина Урванова говорит, что "у лезгин существует достаточно мифов, в которых луна предстаёт мужчиной, а солнце девушкой. Например, Гажиев Г.А. передаёт нам историю о том, что солнце и луна – это брат и сестра. У табасаранцев мы видим вариант мифа, в котором мать-солнце рождает сына луну (с.Межгуль, с.Чувек). Или повторение истории о том, что солнце - это сестра брата, луны-братца (с.Татиль). Также считали и рутульцы. И чаще всего, солнце – это молодая девушка. На это обратил внимание и А. Голан. Он пишет: «Женский образ солнца – это именно девушка, а не женщина. Она всегда представлена в образе невесты или дочери, но не матроны. В качестве матери же солнца выступает богиня неба»" (Источник).

Но там же, чуть выше, Марина Урванова пишет: "Закат Солнца [у лезгин] называется «Рагъ дидедал хъфей бере» («Период, когда Солнце возвращается к матери»). Это время считается священным, и называется также «Бахтар пайдай бере» («Время, когда раздаётся счастье»)".

Получается, что мать солнца — земля, а не небо. Утром на рассвете можно видеть, как земля "рожает" солнце.

«Земля слушает»

 

                              Владимир Нестеров (род. в 1932 г.). «Земля слушает». 1965 г.

Почва - "мать"

 

Это к вопросу о мифотворчестве в эпоху постмодерна. Как видим, первобытное слово о Матери Земле "живо и действенно, и острейше паче всякаго меча обоюду остра".

«HOMO‑HUMUS»

"В рассмотренных нами верованиях земля предстаёт в образе матери, т.е. существа, порождающего всё живущее, сотворяющего всё из своей собственной субстанции. Земля «жива» прежде всего потому, что плодоносна. Всё, что выходит из земли, наделено жизнью, и всё, что в неё возвращается, получает новую жизнь. Связь межу homo и humus не следует понимать упрощённо: человек — это земля, потому что он смертен; смысл ещё и в том, что человек живёт, потому что рождён от Terra Mater и вернётся в неё.

Солмсен вывел значение слова mater из materies, и хотя эта этимология не верна (первоначально слово «материя» означало что‑то вроде «сердцевина дерева»), всё же у неё есть своё место в мифо-религиозной теории: «материя» выполняет функцию матери, потому что беспрерывно что‑то порождает. То, что мы называем жизнью и смертью, — просто два момента в целостном существовании Матери–Земли: жизнь — это выход из утробы Земли, отделение от неё, а смерть — возвращение «домой». Часто выражаемое людьми желание быть похороненными на родине есть всего лишь профанная форма этой мистической любви к своей собственной Земле, потребности вернуться в свой собственный дом.

Надгробные надписи, найденные при раскопках захоронений на территории Римской империи, говорят о радости быть похороненным в своём отечестве: Hic natus hic situs est (Здесь рождён, здесь и погребён — лат.); Hic situs est patriae (Здесь погребён, на родине — лат.); Hic quo natus fuerat optans erat illo reverti (В то место, где когда‑то родился, туда желал вернуться — лат.) и т. д. Есть и надписи, в которых выражена скорбь из‑за невозможности получить это утешение: Altera contexit tellus dedit altera nasci (Одна земля даровала рождение, другая покрыла — лат). И потом, ведь предателей не хоронили, потому что, как поясняет Филострат, они не достойны «быть очищенными землёй».

Вода считалась носителем семени; земля тоже носит семя, но в земле оно быстро даёт плод. Споры и семена могут пробыть в воде на протяжении нескольких циклов своей жизни, прежде чем дадут о себе знать; но о земле можно сказать, что она никогда не находится в покое, её дело — беспрерывно рождать, наделять формой и давать жизнь всему, что в неё возвращается неживым и бесплодным. Вода есть в начале и в конце каждого космического цикла, а земля — в начале и в конце каждой отдельной жизни. В жизнь всё приходит из воды, а в результате исторической (например, наводнения) или космической катастрофы (махапралая) возвращается в своё изначальное состояние бесформенности.

Каждое проявление жизни — это следствие плодовитости земли; всякая форма землёю порождается, живёт и уходит назад в землю в тот момент, когда завершается отпущенная ей доля жизни, — возвращается, чтобы родиться вновь; но прежде нового рождения побыть в покое, очиститься и собраться с силами. Вода предшествует всякому творению, всякой форме; земля производит живые формы.

Если мифологическое предназначение воды есть открывать и закрывать космические циклы, то предназначение земли — стоять в начале и в конце каждой биологической формы и каждой формы, имеющей свою точку в истории места («люди места»). Время, так сказать, спящее в воде, активно и подвижно в работе земли — порождении. Живые формы появляются и исчезают по меркам истории со скоростью света. Но сам процесс их прохода по жизни бесконечен; смерть живой формы — это способ скрытого и временного существования. Как таковая же, как вид, живая форма не исчезнет, пока воды позволяют земле производить её".

"Очерки сравнительного религиоведения". Мирча Элиаде.

«Природа-Мать».

В статье "О рождении мира" говорилось о Богине, которая «творит жизнь из самой себя». В отличие от патриархального Бога, который творит мир словом ("Он сказал - и появилось, повелел - и стало так". Пс. 33:11), матриархальная Богиня буквально рожает мир. И здесь можно провести любопытное сравнение этой рожающей Богини с тем, что мы на понятийном языке называем природой, а поэты наделяют её мифологической характеристикой: «Природа-Мать». 

Но тут возникает вопрос: а это представление о «Природе-Матери», - оно появилось лишь в эпоху Просвещения, подменив собой христианскую концепцию сотворения мира Богом "из ничего", или это представление о «Природе-Матери», которая «творит жизнь из самой себя», как паучиха - паутину, было присуще уже первобытным людям?

Вообще, этот вопрос, если его взять шире, как вопрос о разумной Природе, представляется мне крайне интересным. Потому что имеется такой феномен, как "круги на полях", который, как "пазл", идеально соответствует такому мировоззрению.

Кто пишет эти загадочные "письмена"? Явно не люди. Люди, конечно, тоже пытаются сделать нечто подобное, но их подделки не идут ни в какое сравнение с подлинными "кругами на полях".