"Поганое" племя тайфалов.

Bernard Sergent в своей монографии "Homosexuality in Greek Myth" утверждает, что гомосексуальность была широко распространенной и институционализированной практикой, особенно связанной с инициационными ритуалами, среди ряда доисторических индоевропейских племён.

В наиболее полной мере эти архаические ритуалы сохранились вплоть до нашей эры у германского племени тайфалов. К III веку они поселились в Северном Причерноморье, откуда во второй половине IV в. были вытеснены гуннами и приняли участие в Великом переселении народов. Именно тогда римляне познакомились с этим племенем. 

«О тайфалах рассказывают, - писал Аммиан Марцеллин (Rerum Gestarum, XXXI.9.5), - что это поганое племя погрязло в гадких пороках, так что у них мужчины вступают в мужеложную связь с юношами, которые и проводят свои молодые годы в этом позорном общении. Если же кто-то из этих последних, возмужав, один на один поймает кабана или убьёт огромного медведя, то освобождается от этой противоестественной скверны».

Комментируя этот текст Марцеллина, Bernard Sergent говорит о том, что ключевым занятием для тайфалов являлась охота. И вот у них было заведено так, что взрослый мужчина-охотник брал с собой мальчика в дикие холмы и горы. И там наставник передавал ученику все свои знания охотника. Педагогические отношения дополнялись сексуальными. Они ели лишь ту пищу, что добывали на охоте, и если подросток затем собственноручно убивал медведя или ловил кабана, значит его обучение прошло вполне успешно.

Перевоз постели и приданого.

Г. В. Жирнова в своей монографии "Брак и свадьба русских горожан в прошлом и настоящем" рассказывает, как в XIX - начале XX века в купеческой среде небольших русских городов типа Ельца, после сватовства, смотрин и "сговора", приступали к перевозке приданого невесты в дом жениха. 

"Приданое перевозили женщины, которых возглавляла сваха-профессионалка или тётка невесты (предпочтительно — старшая сестра матери). Из мужчин к этому делу допускались только «мужики-ломовики», нанятые для переноски тяжёлых вещей. Перевозили приданое обязательно на пяти крытых подводах. Этот поезд называли «постельным». В первой подводе везли икону и самовар, около которого сидел мальчик—«блюдник» и держал в руках поднос с огромной головкой сахара, украшенной лентой, и пачкой чая, завёрнутой в шёлк; во второй подводе везли серебряную с позолотой солонку, которую держала в руках крёстная мать, и фарфоровую посуду; третья подвода предназначалась только для перевозки постели невесты (пуховой перины, двух стёганых атласных одеял, двух летних одеял, четырёх подушек больших, четырёх маленьких, шести простыней, шести пододеяльников, двух праздничных занавесок к кровати и т. д.). На чётвертую укладывали плюшевый ковёр и мебель. Наконец, в пятой повозке ехала тётка невесты, а иногда и мать, которая везла роспись приданого. Там же сидела сваха, державшая в руках живую индюшку, украшенную ленточками и чепчиками.

Встречала приданое мать жениха или его старшая сестра (обязательно замужняя). Той, которая встречала постельный поезд, полагалось дарить материю на платье, а сваха вручала ряженую индюшку. Случалось, что мать жениха принимала приданое строго по росписи, проверяя каждую вещь. «Парадную постель», как правило, стелила для молодых тётка или сваха. В средних слоях купечества, так же как и у жителей городских окраин и слобод, существовал обычай класть под перину яйцо (варёное или деревянное расписное), «чтобы у молодых детки родились». Прятала его туда тётка жениха или сваха, в зависимости от того, кто из них стелил постель молодым. Яйцо находилось под периной новобрачных три ночи, т. е. тот срок, во время которого, как считалось, невеста «теряла девичью чистоту» [1]. Только на четвёртый день молодая могла убрать его оттуда. Деревянное яйцо она заворачивала в венчальную рубашку и хранила среди своих вещей, а варёное — рубила на мелкие кусочки и кормила домашнюю птицу.

Почти как Дюймовочка.

В русских деревнях и сёлах Европейской России XIX века свадьбы начинали играть с Покрова дня (1 октября по ст. ст.), т. е. когда были завершены все основные сельскохозяйственные работы, собран и определён размер урожая. Последнее в крестьянской среде играло важную роль. Если семья собрала плохой урожай, то нередко отказывались от предполагаемой свадьбы, так как не было хлеба, чтобы «кормить лишний рот». Иногда приходили и к компромиссному решению. Невеста приносила в дом жениха вместе с приданым какое-то количество зерна и зимой ела, как говорили, «свой хлеб» [Г. В. Жирнова. Брак и свадьба русских горожан в прошлом и настоящем (по материалам городов средней полосы РСФСР). - М., "Наука", 1980. С. 27].

Девицы деревни Пашки и Екатериновка Гнездиловской волости Ельнинского уезда Смоленской губ.

Оттиск печати на Крите.

Хотя на Крите обнаружено множество оттисков печатей с самыми различными конфигурациями, вот эта привлекла моё внимание.

Walberg 1986, fig. 62 a.

Jan G. Velsink в своей статье "Two Minoan moulds for small cult objects reconsidered" говорит, что это "типичный рисунок печати периода MM II" (то есть 1875-1700 гг. до н. э.). Насколько я понимаю, таких рисунков тогда было много. Конечно, никаких евреев в то время и в помине не было. Древнейшее известное изображение шестиконечной звезды (гексаграммы), которая впоследствии стала известна как «Звезда Давида» или «Маген Давид» («щит Давида»), относится к VII веку до н. э. Оно было обнаружено на печати, принадлежавшей некоему Иехошуа бен Асаяху в Сидоне. 

Змеи и лабрисы: сходство символов.

В октябре 1899 года житель Кариди-Ситеиас, на восточном Крите, случайно обнаружил две каменные формы во время вспашки поля в 150 м к северо-западу от современной деревни Палайкастро. Эти формы – здесь названные Pa 1 и Pa ​​2 по месту их находки – предназначались для изготовления небольших металлических культовых предметов. Очень интересно изображение женщины с двумя лабрисами в руках.

Cast of Palaikastro-mould 2 (back), Xanthoudides 1900, pl. 4, bottom.

Она сильно напоминает "богиню" из Кносса со змеями.

Всё одинаковое — головной убор, обнажённая грудь и длинная юбка. Отличие лишь том, что вместо двух змей в руках у одной женщины, в руках у другой — два лабриса. Интересно, можно ли на этом основании говорить о тождестве между змеями и лабрисами? Со змеями вроде бы всё ясно: змеиный яд несёт смерть и исцеление. А что насчёт лабриса? Можно ли о нём говорить то же самое? Но, в таком случае, лабрис можно считать "тенью" Голгофского креста. «Будущие события отбрасывают назад свою тень», и такой исторической "тенью" был лабрис. 

Немного о гарамантах.

Происхождение гарамантов, принадлежавших к белой средиземноморской расе, точно неизвестно. Скорее всего, они были одним из «народов моря». Используя Киренаику как операционную базу и имея луки, дротики, копья, мечи и круглые щиты, они совершали набеги не только на Северную Африку и Египет в XV–XII веках до н. э., но продвигались и на юго-запад, достигнув Центральной Сахары.

О неливийском происхождении гарамантов свидетельствуют наскальные рисунки. Лошади нарисованы, как правило, в «летящем галопе» с симметрично поднятыми как передними, так и задними ногами. Такой стиль характерен для микенского искусства.

Garamantian chariot pulled by two horses

"На наскальных рисунках часто встречаются изображения идущих гуськом мужчин со страусовыми перьями в волосах, вооружённых мечами и щитами и облачённых в короткие туники", - пишет А. Б. Подцероб в своей монографии "Сахара. Исторические очерки" (М.: ИВ РАН, 2021). 

В дополнение к наскальным рисункам я могу предложить древнеегипетские фрески.

Древние ливийцы на древнеегипетских фресках.

Между прочим, "туареги ахаггар и сейчас перетягивают грудь двумя сплетёнными из шёлковых шнуров полосами, как это делали гараманты. А туареги кель-аджер просто убеждены, что происходят от гарамантов. Другие предположения гласят, что от гарамантов произошло племя тамху, которое имеет схожие с жителями Гарамантиды обычаи. В свою очередь нисамониусы до сих пор практикуют обычай при посещении могил предков оставаться спать на них для того, чтобы предугадать будущее" (А. Б. Подцероб).

О гарамантах хорошо знали пуны, но римляне, стерев Карфаген с лица земли, лишили нас карфагенских библиотек. Между прочим, и сами гараманты имели свою письменность, однако расшифровать их надписи не удалось, даже несмотря на то, что часть надписей сделана на двух языках – древнеливийском и пуническом.

Когда жирафы и гепарды были домашними животными.

А. Б. Подцероб в монографии "Сахара. Исторические очерки" (М.: ИВ РАН, 2021) говорит о том, что в Алжире и Ливии обнаружены наскальные рисунки (петроглифы), которые представляют человека, держащего на поводу жирафа.

Петроглиф, найденный на плато Тассилин-Адджер в юго-восточной части Алжира, в пустыне Сахара. Создан ок. 7000 г. до н.э.

Удивительно уже то, что жирафы водились на территории современного Алжира 10 тыс. лет назад, - там, где ныне простираются безжизненные пустыни Сахары. Но ещё удивительнее, что люди эпохи неолита смогли приручить жирафа и использовать его как домашнее животное. "К сожалению, приручение жирафов, как и приручение в Древнем Египте гепардов – было потом утеряно", - пишет автор.

Изображение жирафа с территории Сахары (автор фото Mike Hettwer)

В данном контексте особый интерес представляет т. наз. Пещера пловцов в западной пустыне Египта. На стенах сохранились наскальные рисунки, возраст которых составляет от 6 тыс. до 9 тыс. лет. На древних изображениях запечатлены люди, плывущие в водоёмах.

"Дверцы для вагины".

Константин Михайлов высказал свой взгляд на истоки цивилизации:

"Исток любой цивилизации - это профилактика изнасилования женщин. Все эти стены вокруг городов, регулярная армия, разработка оружия, а затем всё более централизованное его производство - всё это делается ради того, чтобы мужчины чужого племени не могли прийти и изнасиловать женщин твоего племени. Тут нет никакой морали, нет даже сострадальческой эмпатии, лишь расширение инстинкта самосохранения. Ведь женщины, изнасилованные чужаками, чужаков и родят и твоё племя просто исчезнет. В общем, ворота древних городов - это те самые "дверцы для вагины", которая сама себя закрыть от постороннего вторжения неспособна по причинам анатомическим.

А уже возникнув и окрепнув, цивилизация начинает заниматься профилактикой изнасилований внутри себя самой. Так возникают ограничивающие законы, юридическое сдерживание, уголовный ошейник для, изначально всегда безудержного, либидо самцов.

Затем все цивилизации делятся на два основных типа:

Первый тип, (я назову его "северным") не ограничивает сексуальные проявления женского естества, а мужское - жёстко подавляет и принуждает к конверсии (преобразованию во что-то несексуальное) посредством уголовных законов, карающих за изнасилование. Мужчины в цивилизациях северного типа живут в условиях постоянной мощной сексуальной стимуляции со стороны женщин, которые, практически ничем не ограничены в открытой демонстрации своих вторичных половых признаков. Эта демонстрация хронически активирует сексуальные рефлексы мужчин на инстинктивном, безусловном уровне, причём - в ситуации строгого запрета на непосредственную, естественную их реализацию.

Декольте, мини-юбки, купальники-бикини и прочее подобное - всё это признаки цивилизации "северного" типа. А ещё признаками такой цивилизации являются чрезвычайно развитые наука, искусство и разнообразные технологии. Ведь это всё - плоды конверсии того самого мужского либидо, которое одновременно и стимулируется и подавляется, в интеллектуальную и практическую деятельность. Можно сказать и так, что это результат шизофренизации мужского полового влечения, достигаемый его единовременной стимуляцией и сдерживанием.

Второй тип - это цивилизации "южного" типа. Эти цивилизации пошли по пути избавления мужчин от постоянной сексуальной стимуляции, что было сделано путём запрета женщинам свободно демонстрировать свои половые признаки. Соответственно, "южные" цивилизации не обрели и продуктов конверсии мужского либидо в деятельную сферу" (Источник). 

У бабы волос длинный, а язык длинней.

Проведённый анализ шести тысяч писем XV-XVII вв. показал, что около 90% языковых изменений происходит благодаря женщинам. Это утверждение связано с исследованиями американского лингвиста Уильяма Лабова (William David Labov). По его наблюдениям, женщины в языковых изменениях нередко опережали мужчин на целое поколение.

Анализ писем того периода выявил, что женщины быстрее осваивали новые языковые формы. Среди примеров таких изменений — переход от конструкции «mine eyes» к «my eyes», замена «hath / doth» на «has / does», исчезновение «ye».

Ведущая роль женщин в словотворчестве объясняется тем, что у них, как правило, шире круг общения, выше социальная чувствительность, а также больше контактов с представителями разных групп, от которых можно заимствовать новые слова и выражения (Источник).

Дьявол, затачивающий главное «оружие» зловредной женщины — её язык. Расписная панель улья, Словения, 1848 г.

Новые следы демографического коллапса в Старой Европе.

Международная команда учёных из Центра геогенетики Фонда Лундбека при Копенгагенском университете и Гётеборгского университета провела анализ ДНК древних скелетов из неолитического захоронения под Парижем и обнаружила признаки резкого сокращения численности населения около 5000 лет назад, подтверждающие масштабный демографический коллапс, известный как «упадок неолита». Результаты исследования опубликованы в журнале Nature. 

По времени это совпадает с экспансией арийской культуры боевых топоров (шнуровой керамики) в Европу. По мнению В. Хейда, переход ямных (и/или родственных им лесостепных) групп к культуре шнуровой керамики и заселение этими группами обширных территорий Центральной и Западной Европы вплоть до Рейна произошли во временном промежутке от 3050 до 2900 гг. до н. э., на протяжении жизни не более чем 5 поколений (Источник).

Реконструкция носителя боевого топора.

Анализ ДНК 132 человек, похороненных на участке Бери, показал, что люди до и после демографического кризиса представляли совершенно разные популяции. «Явный генетический разрыв между двумя фазами захоронения говорит о том, что произошло что-то значительное: одна популяция резко сократилась, а другая пришла на её место», – объясняет Фредерик Сирсхольм из Копенгагенского университета.

Постдворцовые святилища на Крите.

Описывая постдворцовые святилища на Крите, Нанно Маринатос говорит, что они имели кладовые. Это, конечно, не новость для меня, - кладовые имели и "дворец" в Кноссе, и другие подобные "дворцы", которые на самом деле являлись ритуальными комплексами, - но только теперь я взглянул на крито-минойские святилища под углом зрения убежищ. Если там были кладовые, значит там была и пища; человек, нашедший убежище в святилище, не умер бы от голода.

Нанно Маринатос говорит, что после вторжения на Крит греков-ахейцев в святилищах появился новый тип "богинь".

Clay Goddesses with Upraised Arms (1350-1000 BC), from the sites of Karphi, Kannia and Gazi. (Post-Palatial Period) Heraklion Museum, Crete, Greece

И — что особенно примечательно — среди этих новых "богинь" появились т. наз. "маковые богини".

Frontally depicted idol of a goddess; mold from Palaikastro

Значит, хронологически появление "маковых богинь" совпадает с упадком крито-минойской культуры после вторжения на остров греков-ахейцев. Критяне буквально жили на обломках своей цивилизации, многие спасались в труднодоступных горных поселениях. Естественно, на фоне общего разложения и гниения, появилась потребность "забыться" и таким образом уйти от решения неразрешимых проблем.

О "канализации" агрессивного поведения.

В матриархальном крито-минойском обществе, где не было полиции и тюрем, не было "карающей руки закона", вселяющей страх и трепет в потенциальных преступников, особую роль должны были играть ритуалы, дававшие мужчинам возможность состязаться между собою. Агрессивное поведение заложено в мужчин на уровне гормонов; когда у мальчиков-подростков "играют гормоны", они начинают "дурковать" и конфликтовать - с родителями, учителями, со своими сверстниками и с законом. Но агрессия может быть сублимирована в другой форме конфликта: ритуализированном состязании.

С острова Тира (Тера, Фера, Санторин) происходит фреска, на которой изображены двое детей-боксёров, которых можно узнать по их наготе и синим, бритым головам.

"Иконографический контекст сцены (остальная часть настенного декора изображала соревнующихся антилоп) показывает, что послание картины — это «соревнование через игру, в отличие от серьёзной борьбы»", - пишет Нанно Маринатос.

Нечто подобное мы можем наблюдать на сценах так называемого Ритона боксёров - каменной вазе, найденной археологами при раскопках в Агиа Триаде. Ваза была церемониальным сосудом, и разумно предположить, что изображения на её стенках связаны с её функцией.

Изображения на Ритоне боксёров.

Босоногие собирательницы шафрана.

Нанно Маринатос предполагает, что, в рамках приготовления к празднику в честь Богини, девушек отправляли в горы, чтобы собирать шафран.

«Мёртвое ущелье» возле Като Закро, Крит.

Эта "депортация" девушек в необжитые, дикие места соответствовала периоду уединения, который мы так часто встречаем в обрядах инициации.

Если от девушек требовалось ходить босиком, рано или поздно у них появлялись кровоточащие ноги.

Именно этот момент, по мнению Н. Маринатос, запечатлён на фреске из Акротири (Xeste 3). 

Сидя на скале, она касается лба левой рукой; этот жест выражает боль. Правой рукой она касается раненой ноги, с которой капает кровь. 

В общем, Нанно Маринатос полагает, что окровавленные ноги были одним из инициатических испытаний девочек-подростков.

Ничего не могу сказать ни "за", ни "против" такого толкования; возможно, в нём что-то есть... 

И, конечно, возможны иные толкования этого удивительного образа. 

Люди и демоны.

Это демон, по представлениям минойцев. Он пузатый как кувшин.

«Минойский гений»; отпечаток печати стародворцового периода из Фестского дворца

А это крито-минойский акробат с осиной талией.

«Кольцо Тесея» — золотой перстень-печать XV века до н.э., найденный в Афинах. 

Не потому ли минойцы "летали", что они были такими лёгкими? 

Дикие гуси способны летать на высоте до 10 км, а разжиревшие домашние гуси не способны даже двухметровый забор перелететь. "Толстожопые" домашние гуси — это "демоны" по отношению к диким гусям.

Может быть, на Крите существовали конгрегации юношей и девушек, которые сочетали духовные практики и физическое совершенствование? Можно представить, как они соблюдали специальную диету и занимались ежедневными тренировками. Раз в году они демонстрировали своё искусство прыжков через быков в рамках религиозного фестиваля. Возможно, они постились 9 суток накануне выступления.

Немного про осьминогов.

 Кажется, минойцы не использовали эти горшки с осьминогами в бытовых целях.

Наверно, они специально изготавливали их для погребального культа, приносили их в свои родовые усыпальницы - толосы или в святилища, где они и были обнаружены.

В «погребальных домах» минойцев обнаружены гробы-ларнаки с такими же осьминогами.

"Одно из свойств моллюсков заключается в том, что они регенерируют: если одно щупальце отрубается, другое вырастает, чтобы заменить его. Выбор осьминогов или кальмаров в связи с погребальной символикой мог быть связан с идеей возрождения после смерти", - говорит Нанно Маринатос.

Мне кажется, древние минойцы были даже более верующими, чем христиане. Это ж надо заметить и осознать, что осьминоги, обитающие глубоко в пучине морской, регенерируют, у них вырастает новое щупальце взамен отрубленного. Подавляющее большинство наших современников живут и ничего подобного не знают про осьминогов. 

Основной миф минойцев.

Нанно Маринатос высказала интересную гипотезу, касающуюся объяснения многочисленных крито-минойских изображений деревьев, растущих то ли внутри святилищ, то ли на крыше. Она предположила, что дерево перевозилось на лодке в горшке или кашпо и устанавливалось на вершине святилища во время определённых праздников.

Minoan Gold Signet ring with female figure on a ship. Found at Mochlos.

Как видим, мысль вполне обоснованная, но здесь сразу же возникает масса вопросов: а что это за дерево? почему оно перевозится на ладье? на ладье Харона из загробного мира? но тогда это не реальное дерево, и ладья не реальная, и сама перевозчица...

Ну да ладно, поедем дальше... Нанно Маринатос говорит, что "святилище было постоянным сооружением, но большую часть года оно пустовало. В особые ритуальные случаи, такие как, насколько мы можем предположить, явление божества, дерево ритуально перевозилось и устанавливалось на вершине святилища. Это был визуальный сигнал, обозначающий прибытие бога и его/её явление населению".

Здесь у Маринатос снова "нестыковочки": она говорит, что "дерево ритуально перевозилось и устанавливалось на вершине святилища", и далее делает замечание, что "на кольце Мохлоса и божество, и дерево прибывают вместе; богиня привозит его сама". Но богиня же сама не может установить дерево на вершине святилища!

Возможно, здесь речь идёт о крито-минойском мифе, где богиня привезла людям св. дерево из преисподней. Согласно древнегреческому мифу, Деметра ничего не вкушала девять суток, и люди, подражая богине, тоже постились девять суток, отправляясь в Элевсин. В таком случае, и на Крите тоже были люди, которые, подражая богине, откуда-то привозили и устанавливали св. деревья на крышах храмов.

К истолкованию «Печати Мастера».

На изображении представлена «Печать Мастера» (Master's Seal) — древний минойский артефакт из глины. Создана примерно в 1450–1400 гг. до н.э. и найдена при раскопках на холме Кастелли в Ханье, Крит. 

Помнится, в 2021 году я уже пытался определить, бог это или человек (см.: Посейдон или градоначальник), и тогда я решил для себя, что это человек. Теперь же я думаю иначе.

Нанно Маринатос говорит, что на отпечатке кольца мы видим не город, а горное святилище, о чём свидетельствуют "рога освящения" (англ. Horns of Consecration), которые устанавливаются исключительно на святынях, сакральных объектах, и никогда — на профанных, мирских. 

Minoan Goddess with a Cone and Horns of Consecration. Detail.

Стало быть, версия о "градоначальнике" отпадает сразу.

Остаётся бог, но и с богом тут концы не сходятся. Дело в том, что бог не может являться людям, так сказать, "собственной персоной". Например, согласно Евангелию, Деве Марии в Назарете явился не Бог, а архангел Гавриил. 

Тогда, может быть, дух? 

Вот это вполне может быть, учитывая множество параллелей минойской религии с шаманизмом. 

"Преисподняя" обитель Богини.

Следующие три изображения, взятые мною из монографии Нанно Маринатос о минойской религии, показывают Богиню Крита в тесной связи с грифонами.

Ring from Mycenae showing a goddess and a tethered griffin

Богиня нежно держит грифона за поводок. Прямо "дама с собачкой".

Seal showing goddess and griffin

Богиня обнимается с грифоном.

Seal from Mycenae showing a goddess riding a griffin

Ну а здесь Богиня катается верхом на гриффоне. Надо полагать, это символизирует высочайшую и предпоследнюю степень близости между Богиней и грифоном (последняя - сексуальная степень близости).

О крито-минойской религиозности.

Из тех крито-минойских изображений, которые нам доступны, можно составить представление об образе Богини. Этот образ прекрасно сочетается с окружающей природой, с цветами полевыми, с речными лилиями, с деревьями и птицами. То есть это диаметральная противоположность храмовым божествам древних египтян или евреев. "Одно из главных отличий от Египта и Ближнего Востока заключается в том, что минойская богиня никогда не изображается внутри святилища; она проявляется в естественной среде, сидя под деревом или на скале".

Offering stand from the first palace of Phaistos showing goddess displaying lilies and flanked by votaries

Кстати, о лилиях. Уж не те ли это голубые лилии (Nymphaea caerulea), хорошо нам известные по древнему Египту? Хотя Нанно Маринатос считает, что "это типичный весенний цветок, и поэтому его лучше всего рассматривать как сезонный детерминант", то есть маркер прихода весны.

Seal depicting goddess smelling lilies

Н. Маринатос полагает, что это богиня нюхает лилию, а я думаю, что это обычная женщина. 

Goddess bowl from Phaistos

Глава горсовета.

Статую Артемиды Эфесской нашли 18 сентября 1956 года во время раскопок под руководством Франца Мильтнера на улице Куретов в Эфесе. Особенно важно, что обнаружили её не в самом храме богини, а в пританее, главном общественном здании города [1]. Это место было связано с официальной жизнью полиса, священным очагом и приёмом почётных гостей. Поэтому находка сразу показала, что образ Артемиды занимал важное место не только в храмовом культе, но и в городской общественной жизни.

--------------------------------------------------------------------------

[1] Притане́й (др.-греч. πρυτανεῖον) — здание, в котором проводились заседания пританов, а также располагались городской совет и судилище. Изначально — здание, посвящённое Гестии, где постоянно поддерживался огонь. По древним законам в пританее за счёт общины получали питание пританы — заслуженные граждане и почётные иностранные гости. 

О "люстральных бассейнах" на Крите.

Нанно Маринатос в своей монографии о минойской религии касается так называемых "люстральных бассейнов". Этот термин был придуман сэром Артуром Эвансом , который предположил, что они использовались для люстрации, то есть для ритуального очищения. Он обнаружил флаконы с мазью в люстральном бассейне в Кноссе и предположил, что она использовалась для ритуалов помазания.

Люстральные бассейны представляют собой небольшие квадратные камеры, вкопанные в пол окружающего помещения. В них можно попасть по спускающейся L-образной лестнице.

Люстральный бассейн в западном крыле Фестского дворца.

"С архитектурной точки зрения, рассматриваемые сооружения, очевидно, являются местами отделения или уединения, отгороженные от обычной среды. Спускаясь в них, частично исчезаешь из виду и достигаешь другого уровня. Это означает, что определённая степень приватности была необходима", - верно замечает Нанно Маринатос. К этому она ещё добавляет, что люстральные бассейны встречаются не только во дворцах, но и в больших особняках. Однако они поразительно отсутствуют в обычных домах.

На Крите нет следов царей.

"Ориентация [крито-минойских] дворцов, множество святилищ и культового инвентаря, которые они содержали, религиозная иконография, фрески – всё это указывает на один вывод: они были центрами религиозной деятельности. В них проживала правящая элита, которая отвечала за религиозные, экономические и политические вопросы. Короче говоря, дворцы – это недостающие храмы, за исключением того, что они были чем-то большим, чем просто храмы, поскольку являлись резиденцией правителей", - пишет Нанно Маринатос.

Далее она признаёт, что в предложенной ею схеме отсутствуют помпезные жилые помещения; все важные зоны перепрофилированы для церемониального использования. "Однако их отсутствие не означает ни того, что правителей не было, ни того, что последние не проживали во дворцах. Скорее всего, царские покои находилось на верхних этажах, которые не сохранились", - говорит она.

Какие-то странные получились правители в изображении Нанно Маринатос. Как демоны в культовом фильме "Иван Васильевич меняет профессию":

Древнеегипетские правители оставили после себя весьма весомые свидетельства своего правления,

Колоссальная статуя Рамзеса II в Мемфисе (Египет). Высеченная из известняка, она достигала в высоту более 10 метров и изображала могущественного фараона в сильной позе.

а крито-минойские цари жили как бесплотные духи. Сама же Н. Маринатос признаёт отсутствие иконографии правителя/жреца. "Ни один человек не выделяется настолько, чтобы заслужить имя жрец-царь или жрица-царица".

Военный парад или экстатическая пляска?

Всем хорошо известна крито-минойская миниатюрная фреска "Священная роща". 

Нанно Маринатос в своей монографии "Минойская религия" представляет "слегка изменённую" (slightly altered) картинку.

Фреска «Священная роща». Упрощённая и слегка изменённая реставрация по сравнению с работой Эванса, выполненная Н. Маринатос и Л. Папагеоргиу.

"Изображённое здесь событие, - говорит Нанно Маринатос, - очевидно, представляло собой общественный праздник с двумя различными шествиями мужчин и женщин; полы разделены, и женщины, кажется, являются главными действующими лицами.

Несколько фрагментов, выполненных в том же стиле, были найдены в том же месте, но Эванс не считал, что они относятся к рисунку Священной рощи, поскольку их тема казалась другой. На одном фрагменте изображён длинноволосый молодой человек в килте, держащий копьё. Ещё два фрагмента изображают мужчин с поднятыми руками, держащих копья".

Knossos. Men with javelins from area of Sacred Grove fresco

Фрагмент фрески «Драгоценность».

Нанно Маринатос в своей монографии о крито-минойской религии среди прочего упоминает фрагмент рельефной фрески, который получил название «Драгоценность». "На фрагменте изображены мужской указательный палец и большой палец, держащие один конец ожерелья, украшающего шею женщины. Ожерелье состоит из золотых бусин и подвесок в форме мужских голов с кудрявыми волосами и золотыми серьгами. Головы имеют негроидную внешность, но это поверхностное впечатление, обусловленное нашими культурными перцептивными фильтрами", - пишет Н. Маринатос.

Knossos. Jewel fresco, as restored by M. Cameron

На этом плохом изображении, взятом мною из электронной копии книги Н. Маринатос "Minoan Religion: Ritual, Image, and Symbol", невозможно различить детали ожерелья, но ничего лучшего я не нашёл в Сети. Тем не менее, я нашёл одно пуническое ожерелье, которое удивительным образом напоминает то, о чём говорит Нанно Маринатос.

Punic Necklace

Интересное ожерелье... И ещё более интересно, что пуны Северной Африки изготавливали точно такие же ожерелья. Возможно, они унаследовали некоторые крито-минойские традиции.

Кстати. "Эванс... склонялся к гипотезе об африканско-ливийском происхождении населения Крита. Эдуард Майер, крупнейший знаток античной истории, пишет, что они, вероятно, пришли не из Малой Азии. Дерпфельд, старый сотрудник Шлимана, выступил в 1932 году - в возрасте восьмидесяти лет - против Эванса, утверждая, что крито-микенское искусство зародилось в Финикии" (Керам К. Боги, гробницы, учёные. М., 1963, с.78 ).

О центральных символах минойской религии.

Nanno Marinatos в своей монографии "Minoan Religion. Ritual, Image, and Symbol" (1993) говорит, что "крито-минойские "рога освящения" (horns of consecration) могут быть установлены на алтаре или на целом здании. По этой причине они помогают нам идентифицировать святилища в иконографии".

Странно, очень странно... Здесь Нанно Маринатос говорит одно, а в другой своей работе — "The Goddess and the Warrior. The Naked Goddess and Mistress of the Animals in Early Greek Religion" — она говорит другое. 

В предыдущей записи я уже приводил её комментарий к изображению «Матери гор».

Seal impression of goddess and ruler (?)

Повторю его ещё раз: "Богиня стоит на вершине горы в окружении львов. Слева от неё находится многоэтажное сооружение, которое, должно быть, является дворцом, справа от неё — мужчина, который приветствует её. Скорее всего, это царь, если сооружение слева — дворец. Богиня здесь вполне может быть покровительницей царя, что хорошо согласуется с обществом, в котором существует форма божественного царствования. И богиня, и царь, так сказать, живут во дворце".

Так что же это — святилище или дворец? Наверно, святилище, но Нанно Маринатос очень хочется, чтобы это был дворец, и поэтому она "наводит тень на плетень".

Ну да ладно, может быть это был дворец-святилище, в котором сидел царь-папа... Чем чёрт не шутит, пока Бог спит?!

Говоря о "рогах освящения", Нанно Маринатос между прочим выдаёт ценную информацию: "Когда рога венчают алтарь, между ними часто находится ветвь или двойной топор. Отверстие между двумя выступами рогов служит для вставки ветви или топора. Предположительно, рога были постоянными, но ветви или топоры вставлялись во время праздников".