Практическое осуществление адата.

Пегги Ривз, рассказывая о матриархальном обществе минангкабау на Суматре, следует завету Козьмы Пруткова:

Матриархат минангов "коренится" в адате, а сам адат — это образ жизни. Это не какая-то мёртвая книжная буква, а живая повседневная практика, совершаемая руками женщин. 

"Деревенские церемонии не только воплощают адат, но и составляют ядро ​​деревенской социальной жизни. Обозначая социальные отношения кланов посредством обмена продуктами питания, церемонии поддерживают эти отношения живыми и функционирующими. Поскольку всегда существует потенциал для конфликта между членами разных кланов из-за земли и движимого имущества, женские церемонии предоставляют площадку для публичной демонстрации доброй воли и общительности. Хорошие отношения способствуют созданию благоприятной атмосферы для урегулирования межклановых споров в соответствии с адатом, а не в государственном суде, что всегда является вариантом. Мой опыт в Белубусе научил меня, что адат всегда предпочтительнее, и что те, кто предаёт адат, обращаясь в суд, рискуют своим престижем и социальным статусом", - говорит Пегги Ривз.

В общем, женщины готовят карри из козлятины и приглашают мужчин из соседнего клана; совместная трапеза способствует установлению дружеских отношений и поэтому все вопросы решаются полюбовно, по-дружески, по-братски. «Хорошие отношения между кланами зависят от женщин», - повторяет Пегги Ривз высказывание мудрых женщин деревни Белубус.

Наблюдая за тем, как местные женщины исполняют адат, Пегги Ривз поняла, что их мало интересует логос адата. Разговоры об адате и пересказ древних преданий были прерогативой мужчин. Работа женщин заключалась в практическом осуществлении адата. "Когда мужчины обмениваются соответствующими адату словами, а женщины — соответствующей едой на больших церемониях, и тогда адат исполняется. Обмен продуктами питания обозначает ключевые социальные отношения, которые наглядно демонстрируются, когда женщины из приглашённых кланов приносят еду на церемонию, оставляют её присутствующим и уходят со своими корзинами, наполненными женщинами из принимающего клана".

Вот! Так-то, дружок, в этом-то всё и дело... 

Здесь вспоминаются и неолитические ронделы Старой Европы, и агапы ("вечери любви") ранних христиан...

Тайна "идеального" общества.

Вот хороший афоризм: "Пессимист - это человек, который полагает, что переход от обезьяны к человеку уже завершён" (Теодор Ойзерман).

То есть, пессимист полагает, что все люди вокруг него являются "человеками разумными" (homo sapiens) и должны совершать разумные поступки; но он видит как люди делают глупости и из-за этого впадает в уныние.

На самом деле, умные люди живут бок-о-бок с дураками, сапиенсы живут в одном обществе с не-сапиенсами. Кстати, не-сапиенсы — горячие сторонники теории Дарвина; они уверяют, что люди ничем не отличаются от обезьян.

В предыдущей записи говорилось об "идеальном" обществе в до-арийской Индии. Я думаю, такое общество возможно, если отстранить не-сапиенсов от принятия ключевых решений. Всё сводится к меритократии, "власти лучших".

Можно предполагать, что поразительные успехи цивилизации в долине Инда были обязаны меритократическому правлению. Отбор наилучшего человеческого материала производился в рамках религиозных культов. По сути, это была многоступенчатая теократия.

Я, в принципе, совсем не против современной демократии или "старорежимного" самодержавия в царской России. Я даже написал статью — "Мой царь" — на эту тему. Но вот в чём проблема: нигде я не вижу механизма "самоочищения". Вот если бы дворянское собрание сказало Николаю "нет", тогда я первый стал бы ярым "царебожником". 

Однако никто не сказал "нет", и бездарный царь погубил Российскую империю, погубил себя и свою семью.

Идеальное общество в до-арийской Индии.

Naked Science сообщает о признаках "идеального" общества в до-арийской Индии.

"На протяжении десятилетий историки придерживались мнения, что превращение небольших поселений в крупные города сопровождалось социальным и имущественным расслоением. Вместе с развитием городов формировалась элита — правители, жрецы и военные лидеры, которые сосредотачивали ресурсы и богатства в своих руках. Они жили намного роскошнее обычных людей".

Но индо-хараппская цивилизация опровергла эти мнения.

"Во время исследования Мохенджо-Даро археологи обратили внимание, что в городе практически отсутствуют привычные признаки роскошной жизни правящей элиты. Археологи не нашли ни больших дворцов, ни богатых гробниц, ни огромных статуй, которые обычно возводили в других древних государствах в честь царей или важных людей.

Анализ показал, что по мере роста города разница между крупнейшими и самыми маленькими домами постепенно сокращалась. В поздний период существования Мохенджо-Даро дома перестали так сильно различаться по размеру. То есть уровень имущественного неравенства стал таким же низким, как в самых ранних земледельческих поселениях, где, по-видимому, все жили одинаково и сильного разделения на богатых и бедных не было. Общественные блага в Мохенджо-Даро не оставались привилегией элиты, а распределялись среди большинства семей.

Мохенджо-Даро и места раскопок / © Adam Green

Команда учёных под руководством Адама Грина (Adam Green) из Йоркского университета в Великобритании полагают, что равномерное распределение власти и богатства могло стать одной из причин долговременного существования цивилизации долины Инда. Иначе говоря, когда у многих людей есть доступ к необходимому, общество становится гораздо спокойнее и стабильнее, чем в условиях резкого имущественного расслоения".

Научная работа опубликована в журнале Antiquity.

Давно уже пора учёным признать очевидное, что цивилизация долины Инда была матриархальной. И тогда сразу станут понятны истоки "идеального" общества. 

О клановой системе минангкабау.

Peggy Reeves Sanday в своей монографии "Women at the center: life in a modern matriarchy" (2002) пишет о клановом характере деревенской жизни минангкабау:

"При первой встрече с минангкабау разговор обычно заходит о двух основных отличительных признаках — месте рождения матери и suku (клане) матери. Знание суку человека имеет важное значение, потому что, как правило, запрещено вступать в брак с человеком того же суку (если только эти люди не из отдалённых деревень). Поскольку распространённые фамилии суку встречаются по всей Западной Суматре, если кто-то встретит человека с такой же фамилией суку в другой деревне или где-либо ещё в Индонезии, теоретически можно ожидать, что его встретят как дальнего родственника.

Каждый суку состоит из расширенных семейных единиц (или матрилиний), называемых paruik (утробы). В этой группе есть свои penghulu, мужчины, чьи титулы передаются племянникам. У каждого паруика есть генеалогическое древо (ranji), начинающееся с первоначальной прародительницы. Такая запись генеалогических связей, прослеживаемая через женщин, необходима для разрешения споров о земле и мужских титулах. Каждая женщина, рождённая в паруике, наследует имущество, дом и harta pusaka (родовые предметы). Те мужчины, которые наследуют титул пенгхулу по матрилинейной линии, несут ответственность за защиту харта пусака для женщин, членов матрилинейного рода. Теоретически, этот мужчина управляет семейными владениями вместе со своими сёстрами. На практике его контроль часто носит скорее церемониальный, чем фактический характер, особенно если он живёт за пределами деревни.

Семьи связаны друг с другом клановой структурой деревни. В каждой деревне есть четыре основных клана, каждый со своими второстепенными родословными [1]. Принадлежность к местному клану необходима для социальных отношений в деревне. Никто не может вступить в брак без поручителя пенгхулу (penghulu), что означает принадлежность к деревенскому клану. Те, кто переезжает из одной деревни в другую, должны быть официально усыновлены местным кланом. Так произошло давным-давно, когда прародительница матрилинейного рода Эгги (paruik) была привезена в Белубус дальним родственником мужского пола, чтобы унаследовать землю в отсутствие потомков женского пола по материнской линии [2]. Таким образом, каждый человек связан адатом с землёй, семьёй, родословной, кланом, деревней и нагари.

Хайде Гёттнер-Абендрот о бушменах.

Хайде Гёттнер-Абендрот говорит, что, в принципе, жизнь людей в эпоху верхнего палеолита, 35  000 – 15  000 лет назад, мало чем отличалась от жизни древнейших коренных народов Африки, сан и пигмеев. Давным-давно эти группы занимали обширные участки восточной Африки (пигмеи) и всей южной Африки (сан). Чтобы понять палеолитический социальный порядок, сравнение с этими аборигенными народами Африки весьма актуально.

Сан в Калахари живут группами по несколько десятков человек. Они носят фартуки из дублёной кожи и декоративные бусины из скорлупы страусиных яиц. Расписывание тела и узорчатые татуировки также распространены, и они любят музыку, танцы и песни. У групп нет вождей, хотя старейшие мужчины и женщины часто руководят из-за своего опыта. Отдельные группы внутри племени полностью равны, что означает, что это эгалитарное общество. Индивиды легко перемещаются между группами, имеющими пористые границы, и особенно когда женщина выбирает мужчину, он обычно присоединяется к её группе и помогает ей. Женщины строят полукруглые хижины, обрамлённые ветвями и покрытые травой, куда женщина может пригласить мужчину.

Женская автономия защищена социальными ценностями, такими как строгий кодекс дележа, когда охотник приносит желанную, но редкую добычу мяса. Кроме того, всё хвастовство и насилие между людьми и любое конкурентное поведение среди мужчин отвергаются. Точно так же открытое проявление гнева или попытки получить более высокий статус и материальные блага не одобряются. В небольших группах, лишённых уединения, такое поведение замечается немедленно и, в непоправимых случаях, может привести к изгнанию из группы.

Среди пигмеев, также с их скудной одеждой из коры, членство в отдельных группах является текучим. Тот, кто случайно присутствует, помогая собирать и охотиться, принадлежит к группе. Группа является «семьёй», но это не имеет ничего общего с кровными узами. Из-за этого постоянного открытого изменения нет ни доминирующей возрастной группы, ни «Большого человека» (“Big Man”), поэтому это общество также является эгалитарным.

Об агрессии в обществах бушменов.

А. А. Казанков в своей монографии "Агрессия в архаических обществах (на примере охотников-собирателей полупустынь)" говорит, что "этнография знает примеры обществ, в которых, в силу разных причин, открытые проявления агрессии сводились к минимуму. За исключением случаев явных аккультурационных воздействий, все эти общества представлены охотниками-собирателями, жившими в маргинальных экологических условиях. Маргинальной в данном контексте мы считаем среду с низкой экологической продуктивностью. Конкретным примером такой среды являются полупустыни (в настоящих пустынях с уровнем осадков менее 200 мм в год охотники-собиратели выжить не могут). Все охотники-собиратели полупустынь отличаются низким уровнем межобщинной агрессии (да и агрессии вообще). Следует также иметь в виду, что данная закономерность действует, по-видимому, только на охотничье-собирательском уровне социально-экономического развития. Скотоводы полупустынь, например, не отличаются пониженным уровнем межобщинной агрессии".

И далее А. А. Казанков проводит сравнение людей с обезьянами: "Ссылаясь на данные В.Хамильтона по бабуинам чакма (Papio Ursinus), Дайсон-Хадсон и Смит показывают, что в пределах одного и того же вида приматов, группы, обитающие в высокопродуктивных экологических условиях, отличает территориальное поведение; а группы, обитающие в маргинальных экологических зонах – отсутствие территориальности. Для сообществ, живших в обильной ресурсами дельте реки Окаванго, были характерны защита кормовых территорий и столкновения при их нарушении, т.е. территориальность, в то время как в условиях полупустынь Намибии у популяций того же вида территориальность отсутствовала. Дайсон-Хадсон и Смит показывают, используя этнографический материал, что в ряде архаических культур человека действует сходная закономерность".

Ну, да, антилопы же не пасутся всё время на одном месте, - они постоянно в движении, следуя своим традиционным путям миграции. Как ты "застолбишь" за собой определённую территорию? Сегодня они здесь, а завтра их нет.

Кажется, в полупустынях сама природа выступает против разделения земли на отдельные участки. Джон Маршалл, например, пишет: "Даже в нормальные годы распределение осадков в Калахари несбалансированно; обширные районы могут быть буквально затоплены, в то время как другие получают лишь капли дождя, и условия в них будут напоминать настоящую засуху. …В годы засухи возможность выбора поселения в нескольких бэндах становится для охотника исключительно важной, – он может переселиться из безнадёжного места туда, где положение не столь критическое. Если бы эти бушмены (20-50 человек) имели враждебные отношения со всеми своими соседями, то им в периоды засухи было бы некуда переселиться и они погибли бы от жажды, голода или болезней, вызванных ослаблением организма. Если в следующем году дождь не выпал бы на территории другой общины, она бы тоже вымерла".

Бык как "маркер" матриархата.

Я уже писал о матрилокальном проживании в общинах кельтского племени дуротригов на южном побережье Англии около 100 г. до н. э. А вот и характерный "маркер" матриархата дуротригов:

Изображение быка на бронзовой детали колесницы из Булбери (Bulbarrow) в Дорсете. Территория племени дуротригов. Поздний железный век.

Дуротриги — лишь один частный пример, а вообще можно было бы провести целое расследование и доказать связи быков с матриархальными обществами. 

Изображениями быков изобилуют пещерные росписи верхнего палеолита. Наиболее известные примеры таких изображений обнаружены в пещерах Альтамира (Испания) и Ласко (Франция).

Особый интерес в данном контексте представляет т. наз. Венера Лоссельская. Фигура держит в правой руке рог бизона (тура) с тринадцатью зарубками, а левой рукой указывает на свой живот.

Очевидно, эта "венера" указывает на связь между лунным циклом (13 лунных месяцев по 28 дней = 364 дня года) и женским менструальным циклом. Современные исследования показали, что у женщин, проживающих в группе, месячные синхронизируются и "подстраиваются" под новолуние.

Я полагаю, что в первобытной мифологии бык был связан с луной и рассматривался как "небесный Жених" женщин. Тайные вечери Жениха со своими невестами происходили в менструальных хижинах, где женщины самоизолировались на несколько дней ежемесячно. 

Фигурка божества в виде быка из бронзы с серебряным покрытием и керамическая модель храма из Ашкелона (сер. XVI в. до н. э.). Впрочем, это скорее не храм, а святилище, то есть менструальная хижина.

Камень вместо головы.

"Исида во время многочисленных конфликтов её сына Гора с её братом Сетом в какой-то момент перестаёт быть на стороне Гора и принимает сторону Сета. Гор, рассердившись на Исиду, отрубает ей голову. Нас интересует, что было потом. Исида лишилась головы – а ей надо в собрание богов! И тогда, чтобы не являться к богам безголовой (что, согласитесь, для богини мудрости совершенно неприлично), она на плечи ставит камень – и с камнем вместо головы появляется в собрании богов", - рассказывает Александра Баркова в одной из своих лекций. 

А потом, наверно, тот камень превратился в бетиль и занял своё место в святилище?

Один подобный бетиль был найден на острове Кипр. Он известен как чёрный камень Киприды.

Конический камень святилища Афродиты в Палепафе (Кипр).

Это, скорее всего, метеорит, упавший с неба. Такой камень помещали в специально построенное святилище, которое являлось объектом паломничества. Возможно, ниже представлена миниатюрная копия такого святилища.

Реверс сереб­ря­ной моне­ты импе­ра­то­ра Вес­па­си­а­на с изо­бра­же­ни­ем святилища

Интересно, что Иаков положил голову на один из таких камней и во сне увидел Лестницу в Небо. Иаков пробудился от сна своего и сказал: истинно Господь присутствует на месте сём; а я не знал! (Быт. 28:12—16). Затем он возлил елей на камень, который лежал у него в изголовье, и объявил это место Домом Божьим (Бейт Эль, в русском переводе — Вефиль, ср. бетиль).

Вполне возможно, что и у Исиды был свой «дом Богини». Может быть даже несколько.

Скорее всего, через эти камни люди получали откровения, как библейский Иаков. То есть, надо полагать, что Гор отрубил голову своей матери не просто так, а "для пользы дела". Ну, подобно тому как Иисуса Христа распяли на кресте «чтобы каждый верующий имел в Нём жизнь вечную» (Ин. 3:15).  

"Да будут все едино".

Согласно древнеегипетской мифологии, при мироздании Шу поднял небо — Нут — от земли — Геба и поддерживал его затем простёртыми руками.

Шу (в центре) разделяет Геба и Нут.

Возвращаясь к записи "Шива - утешитель", можно провести параллели между библейским Богом, который отделяет небо от земли, и египетским богом Шу, который занимается тем же самым. 

Кажется, несчастный Геб, после того как его лишили совокупления с Нут, занялся самоудовлетворением.

Иллюстрация из заупокойного папируса Хенуттауи, которая была певицей храма Амона в Карнаке в 11 в. до н.э.

Так, а что же тогда представляет собой Мировое дерево, если его рассматривать в данном контексте?

В иконографии Египта и Ближнего Востока Мировое дерево предстаёт в женском образе.

Я акцентировал внимание на самопожертвовании дерева (оно даёт плоды), но ведь дерево, обладая вертикальной структурой, связывает Небо и Землю, Нут и Геба!

Получается, священное дерево (ашера) находится в оппозиции богу ветра!

Между прочим, иранист В. И. Абаев пришёл к выводу, что образ Вия восходит к предполагаемому им восточнославянскому божеству с именем Вѣй (укр. Вій), который соответствует авестийскому богу смерти и ветра Вайю в пантеоне древних иранцев.

Стало быть, Ашера, как и Шива, разрушает разделение и стирает границы! И возвращает мир к изначальной слиянности.  

И, в заключение, художественная иллюстрация этой слиянности, где священный экстаз объединяет вакханку и леопардов.

Arthur Wardle (British, 1860–1949). A Bacchante, 1909

*****************************

Post Scriprum: 

Но если матриархальные культы тендируют ко всеобщей слиянности, тогда надо выбросить "моё" и "твоё". И даже более того, надо отказаться от личности, от собственного "я", отказаться от всего, что способствует обособлению, разделению, проведению границ.

Священные рога.

"В IV–III тысячелетии до нашей эры в Индии существовала доарийская цивилизация, которая называется Хараппа – по главному городу. От хараппской цивилизации до нас дошло, в частности, большое количество печатей. По этим печатям можно реконструировать многое. Имеется печать с композицией из двух частей (верхней и нижней). В нижней части стоит ряд девушек в платьях-колокольчиках до колен, у них высокий головной убор и коса до пояса. Наверху – коленопреклонённая женщина в такой же одежде, с таким же головным убором и косой, но с бычьими рогами. Она на коленях. Перед чем и перед кем она на коленях? А на коленях она перед деревом, а в развилке ветвей этого дерева ещё одна точно такая же женщина, так же одетая и – с рогами. Совершенно очевидно, что перед нами ритуал почитания богини в виде дерева и эта богиня мыслится рогатой", - рассказывает Александра Баркова в одной из своих лекций.

Это интересно, потому что при раскопках в Чатал-Хююке археологи обнаружили рога в святилищах.

В святилище Чатал-Хююка (E VI 8), конец 7-го тыс. до н. э.

Шива - утешитель.

В индуизме выделяют трёх верховных богов, называемых Тримурти ("тройственный образ"): Брахму - творца Вселенной, Вишну - хранителя мира и Шиву - разрушителя мира.

Александра Баркова в одной из своих лекций задаётся вопросом: "почему индийцы считают, что то, что он рушит мир, это – хорошо? А индийцы так считают категорически. Вы слышали, что Брахма – творец мира, но вы ничего не слышали про храмы Брахмы. Почему не слышали? Потому, что их то ли один на всю Индию, то ли два; в других источниках написано, что их вообще нет. Что делает Брахма, творя мир?"

Он делает примерно то же самое, что и библейский Бог, то есть он отделяет свет от тьмы, день от ночи, небо от земли, мужчину от женщины, избранный народ от всех прочих народов, и т. п. А. Баркова рисует круг с точкой в центре - символ мироздания (мировая ограда и центр как мировая ось) - и говорит: "Я провела эту окружность – и пространство мгновенно разделилось на «снаружи» и «внутри». То есть я провела первую границу. Хорошо это или плохо – с точки зрения индийской культуры?"

И далее она объясняет, что в культурах Индии, Китая, Японии мир до бытия, изначальное состояние, воспринимается как благое. То есть, надо полагать, что до сотворения мира не было никаких границ и такое состояние всеобщего слияния, всеобщего единства, растворения всего во всём, считается благом. Я, например, живу в России, в отдельном государстве со своими границами. А. Баркова говорит, что "Брахма, сотворив мир, воздвиг эти самые границы" между народами и людьми. "А что же делает Шива своим разрушением? Он стирает границы! И возвращает мир к состоянию, которое называется «ночь Брахмы», к изначальной слиянности".

Бронзовая статуя Шивы в виде Натараджи (850-1278 гг. н.э.)

Таврокатапсия и магический жар.

Александра Баркова в одной из своих лекций говорит: "Индийская культура и культуры, заимствовавшие это от неё, считают вполне логичным, что, когда нам плохо (а плохо нам всем по разному поводу в большей или меньшей степени с завидной регулярностью), в нашем теле накапливается некий жар мученичества. Если этот жар посредством медитаций концентрировать, то он может быть превращён в духовную энергию. Иными словами, если мы осознанно воспринимаем наши физические и моральные проблемы, то это приводит к всплеску гормонов, а этот всплеск гормонов мы можем использовать для некой эффективной деятельности". 

А. Баркова сопоставляет этот "всплеск гормонов" с экстатическим переживанием - с одной стороны, и с магическим жаром - с другой. Причём магический жар (тапас) она связывает с "силой мученичества". При этом она ссылается на примеры из документального фильма "Шокирующая Азия", а я бы добавил к этому не менее шокирующие выступления Мирин Дажо. В данном отношении особенно показателен пример Натана Коукера, который был рабом прокурора Пернела. Хозяин жестоко обращался с мальчиком, плохо кормил, и именно голод открыл в нём сверхъестественные способности (см.: Магический жар).

В статье  А. В. Запорожченко и К. В. Луговой "«МАГИЧЕСКИЙ ЖАР» В МИФОЛОГИИ И РИТУАЛЬНОЙ ПРАКТИКЕ ИНДОИРАНЦЕВ" говорится, что этот «жар», по мнению Мирча Элиаде, выражает обретение героем в результате инициации сакральной силы. Человек, ощущающий магический жар, достигает божественного статуса.

Там описываются многочисленные трюки, которые исполняют герои, когда на них "накатывает" магический жар, но для нас представляет интерес лишь один пассаж: "Владение магическим жаром обеспечивает обладание и другими сверхъестественными качествами, например магическим полётом.  «Несущие в себе огонь» отшельники-муни, «подпоясанные ветром», летят по небу, «глядя вниз на все формы», «оседлав ветры», летят по пути Апсар и Гандхарвов". 

И здесь мы переходим к крито-минойским таврокатапсиям.

Золотое кольцо с изображением таврокатапсии. 1450–1375 гг. до н.э.

Обратите внимание на огромный фаллос быка в состоянии эрекции. Кажется, это связано с экстазом.

Немного афоризмов.

1. Если мир - это противостояние порядка и хаоса, то наша жизнь - это непрекращающаяся борьба смысла и бессмыслицы (Келли и Томас Френч "Джунипер. История девочки, которая появилась на свет слишком рано").

2. Умы человеческие, говорю я, бывают трёх родов: первые – те, кто сам всё видит и угадывает; вторые видят, когда им другие указывают; последние и сами не видят, и того, на что им указывают, не понимают (Д. Мережковский. «Воскресшие боги, или Леонардо да Винчи»). 

3. Вы можете лишиться всего в жизни, кроме одного - свободы выбирать реакцию на происходящее. Вот что определяет качество прожитой нами жизни - не богатство или нищета, не слава или неизвестность, не здоровье или мучения. Качество нашей жизни определяется тем, как мы относимся к этим реальностям, какое значение мы им приписываем, какое состояние души они нам создают (Виктор Франкл). 

4. Даже чтение выполняет мифологическую функцию: не только потому, что оно заменяет пересказывание мифов, имевшее место в древних обществах, но прежде всего потому, что, подобно мифу, позволяет человеку „выйти из Времени“. Убиваем ли мы время, читая детективный роман, погружаемся ли в иные временные измерения, представленные в любом романе, мы благодаря чтению вырываемся из нашего собственного течения времени, переносимся в другие ритмы, переживаем другую „историю“. Чтение позволяет преодолеть линейное время и прикоснуться к вечному - через миф, сюжет, архетип (Мирча Элиаде).  

Ну, в этом смысле, я прикасаюсь к Вечному каждый день.

5. Потеря корней и утрата традиции невротизируют массы, подготавливая их к коллективной истерии, - а коллективная истерия требует коллективной терапии, состоящей в уничтожении свободы и установлении террора (Карл Густав Юнг).

6. Человечество обанкротилось биологически: рождаемость падает, распространяется рак, слабоумие, неврозы, люди превращаются в наркоманов. Они ежедневно заглатывают сотни тонн алкоголя, никотина, просто наркотиков, они начали с гашиша и кокаина и кончили ЛСД. Мы просто вырождаемся. Естественную природу мы уничтожили, а искусственная уничтожает нас… Далее, мы обанкротились идеологически – мы перебрали все философские системы и все их дискредитировали; мы перепробовали все мыслимые системы морали, но остались такими же аморальными скотами, как троглодиты... (Аркадий и Борис Стругацкие. "Гадкие лебеди").

О структуре общества минангкабау.

Книга Peggy Reeves Sanday "Women at the center: life in a modern matriarchy" (2002) — антропологические мемуары о стремлении понять матрицентрические смыслы и социальные формы народа минангкабау в Западной Суматре. 

Как сообщает автор, она на протяжении двадцати лет проживала в деревне Belubus и "испила из чаши жизни, которую жители деревни называли 'адат ибу' (женский адат) и которая содержит обычаи (адат) матриархата".

Жизнь в обществе, практически свободном от изнасилований, где женщины обладают автономией и гордостью, напомнила мне характеристику Элевсинских мистерий, данную Цицероном. По словам Цицерона, посвящённый в Элевсине учится «жить в радости и умирать с лучшими надеждами». Я мало представляю, что имел в виду Цицерон, но могу сказать, что жизнь в Западной Суматре усилила во мне чувство радости и надежды", пишет Peggy Reeves Sanday.

In Picture: Peggy Reeves

Белубус — это деревня с населением около 1100 человек, расположенная в высокогорье провинции Западная Суматра в Индонезии. Это одна из сотен деревень, образующих то, что известно как «сердцевина» или «мир» минангкабау.

"Согласно системе нагари [1], Белубус и его соседние деревни относятся к «материнской деревне» Сунгай Таланг. Как старейшее поселение — и, следовательно, «мать» по системе адат — Сунгай Таланг является центром адатских дел, затрагивающих нагари в целом.

Это также место, куда обращаются с спорами, когда их не удаётся разрешить в деревнях, где они возникают. Такое отождествление происхождения с центральностью, определяемой материнской символикой, распространено в аламе Минангкабау.

Подобно общей прародительнице, которая является родоначальницей материнской линии, или пожилой женщине, которая сидит в центре адатского дома, вплетая сеть социальных отношений, старейшая деревня находится в центре нагарских дел", - говорит Peggy Reeves Sanday.

Village structure of Nagari Sungai Talang, also known as the Four Koto (villages)

Матриархат по адату.

Peggy Reeves Sanday в своей книге "Women at the center: life in a modern matriarchy" (2002) много рассказывает про адат [1]. Насколько я понимаю, "адат" — это слово-синоним древней традиции. Ну и вот, весь матриархат народа минангкабау коренится в адате. Не станет народ держаться за адат, и исчезнет матриархат. Из этого следует, что без адата всё — хаос.

"Адат наиболее ярко проявляется в грандиозных представлениях церемоний жизненного цикла, организованных и проводимых женщинами", - говорит Peggy Reeves Sanday. Это понятно: женщины задают ритм, cantus firmus, как бы закручивают воронку на воде, а мужчины, попадая в этот "водоворот" жизни, volens nolens, принимают участие в хороводе.

Фреска из «Гробницы танцовщиц» в Риво-ди-Пулья, Италия, датируемая V веком до нашей эры.

Пак Тауфик приводит пословицу, которая предполагает, что адат священен, потому что является изначальным (примордиальным) законом природы. "Когда ничего не существовало, не существовала ни вселенная, ни земля, ни небо; адат уже существовал!"

Поскольку принцип матрилинейного происхождения является следствием имманентности адата в природе и его божественного потенциала, он также имеет священный статус. По мнению Пака Идруса, матрилинейный адат соответствует флоре и фауне природы, в которой можно увидеть, что именно мать рождает следующее поколение, именно мать кормит грудью и воспитывает ребёнка.

Будет ли следующее поколение плохим или хорошим, зависит от женщин, потому что дети большую часть времени проводят со своими матерями. Поэтому матери несут основную ответственность за воспитание детей.

Голландские спасители матриархата.

Peggy Reeves Sanday в своей книге "Women at the center: life in a modern matriarchy" (2002) говорит, что матриархальное общество минангкабау на Западной Суматре было спасено от уничтожения правительством Голландии.

Ислам проник на Суматру между XIV и XVI веками, принеся с собой книжное образование, школьную грамотность, но он не поколебал традиционные устои жителей острова. Люди читали Коран, молились Аллаху, и при этом жили "по старинке", как их далёкие предки в -надцатом поколении.

В начале XIX в. среди минангкабау становится популярно новое политико-идеологическое реформаторское течение в исламе — движение Падри. В 1803 году трое возвратившихся из Мекки минангкабауских улемов во главе с Хаджи Мискином, познакомившиеся с учением ваххабитов, объявили себя сторонниками очищения изначальной веры от позднейших наслоений и адатных обычаев.

Вскоре, в среде Падри возобладало радикальное крыло; исламские фундаменталисты стали захватывать поселения и вводить в них систему шариатских судов, при этом они отменяли обычаи адата и матриархальные принципы организации общины. «Нераскаявшиеся» сёла сжигались, «грешников» — адатных вождей — казнили. 

В 1819 году англичане вернули территории на Суматре и город Паданг голландцам, которые ранее отобрали по итогам Наполеоновских войн. Голландцы быстро осознали, что Падри представляют особую опасность для европейской экспансии и вступили в переговоры с лидерами племён, живших по адату. Голландский экспедиционный корпус высадился на Суматре и встал на сторону адата. 

Голландские войска сражаются с воинами Падри

Долгая кровопролитная война закончилась лишь в 1837 году, когда пал последний оплот ваххабитов, крепость Бонджол. 

В итоге, союз "просвещённой Европы" с местными старейшинами, жившими по адату, позволил минангам сохранить свою уникальную культуру, особый образ жизни и ныне существующую гармонию между мусульманской религией и древними матриархальными обычаями.

Некромантия и матриархат.

В одной из предыдущих записей говорилось о том, что женщины вместе с детьми составляли примерно 75% любой первобытной общины. Это уже большинство. Это уже численный перевес над мужчинами, которые составляли только одну треть общины.

Но одного этого было слишком мало для установления матриархата. К этим 75 процентам надо было добавить всех умерших. Поэтому женщины уже в раннем неолите взяли в свои руки всё, что связано с похоронами. Они же занялись некромантией, то есть общением с душами мёртвых. Через них мёртвые вновь обрели свои голоса, и эти голоса давали авторитетные указания касательно разрешения всех проблем в общине и установления норм и правил жизнедеятельности.

Отсюда вся эта "возня" с отделением черепов от трупов, которая началась, кажется, ещё в Гёбекли-Тепе, прошла через культуру натуфийцев и дошла до Чатал-Хююка.

Череп человека, который жил 9000 лет назад в Иерихоне. Череп искусственно удлинили ещё при жизни человека. После смерти часть черепа удалили и заменили гипсом, а глазницы украсили ракушками каури.

Надо сказать, что отголоски древней некромантии сохранялись ещё довольно долго, и женщины (пифии, сивиллы) "изъявляли волю божества" по запросу верующих. В VII-VI веках до нашей эры дельфийская пифия была, по сути, главным госсоветником. К ней приезжали правители различных земель Греции. Среди них, например, полулегендарный царь Спарты Ликург или афинский деятель Солон. Это примерно так же, как если бы к Ванге приезжали президенты и премьер-министры со всей Европы и спрашивали у ней, что им делать. 

Фаллос в раннем неолите.

Ian Hodder и Lynn Meskell в статье "Символизм Чатал-Хююка в региональном контексте" говорят о "неолитическом фаллоцентризме". Под «фаллоцентризмом» они подразумевают примат [1] мужественности как главного культурного знака, и центральное место мужественности (как человеческой, так и животной) как источника власти и авторитета в материальном и символическом репертуаре турецкого неолита. В качестве образцов "фаллоцентризма" они приводят изображение оленя с эрегированным пенисом

Настенная живопись, изображающая оленя, из Чатал-Хююка.

и похожую на фаллос каменную фигурку.

Stone figure from Çatalhöyük

К этому они добавляют "мужественность" рогов быка. Не густо, однако, чтобы говорить о "фаллоцентризме".

Кажется, насчёт оленя с эрегированным пенисом всё понятно: нечто подобное можно увидеть в пещере Ласко.

Пещера Ласко, Монтиньяк, Дордонь, Франция, около 15 000 г. до н.э.

Здесь мы видим раненого быка выпущенными кишками и раненого, возможно умирающего, человека, с головой или маской птицы, и с эрегированным пенисом. По всей видимости, эрекцию умирающего следует рассматривать как погружение в парадоксальное «время сновидений», во «время оно», изобилующее первозданными энергиями. Это никак не соотносится с патриархатом и мужским доминированием.

"Известное изображение обнажённой женщины, сидящей на паре кошек, является единичной находкой, и действительно, количество явно женских фигурок невелико (40 из 1800 обнаруженных на данный момент). Более того, эти примеры ограничены верхними уровнями памятника. Такие изображения не встречаются на ранних и средних уровнях, где инсталляции состоят преимущественно из диких животных, быков и хищных птиц", - пишут далее Ian Hodder и Lynn Meskell. 

Постминойское домохозяйство.

Бельгийский археолог Ян Дриссен в статье "Изучение минойских внутридомовых отношений на Крите в позднем бронзовом веке" приводит изображения фундаментов некоторых домов на Крите. Они относятся к периоду Late Minoan IIIB, то есть фактически к пост-минойской эпохе, когда на острове господствовали и хозяйничали греки-ахейцы.

Однако, мы же знаем, что обычаи и традиции не умирают в одночасье. Например, в деревне, где я живу, до сих пор стоит особняк, построенный ещё в XIX веке, где раньше жил помещик. До развала СССР в том здании находилась участковая больница, а теперь там пусто. По этому пустующему зданию мы можем представить себе, как жили люди в Российской империи до революции 1917 года. Также и фундаменты позднеминойских домов могут пролить свет на то, как жили люди в среднеминойский период, в эпоху расцвета крито-минойской культуры.

Late Minoan IIIB Building Complex CD at Sissi (plan by Q. Letesson).

Late Minoan IIIB Building Complex Nu at Malia (plan by Q. Letesson).

В целом, здание CD в Сисси и Квартал Мю (Quartier Mu) в Малии «показывают себя» довольно похоже, - комментирует Ян Дриссен. - Это означает, что имеющиеся археологические данные не соответствуют ни одному расширенному домохозяйству, ни отдельным жилым единицам. Промежуточное решение заключается в том, что оба комплекса были заселены людьми, которые поддерживали тесные пространственные и, вероятно, родственные связи, достаточно сильные, чтобы найти архитектурное воплощение в рамках одного жилого комплекса, рядом или вокруг двора, который, возможно, был реальной зоной взаимодействия и полюсом сближения".

Неандерталец: и швец, и жнец, и на дуде игрец.

В последнее время в Сети пишут про неандертальцев, что они якобы занимались стоматологией, лечили кариес (нашли зуб со следами сверления), и лепёшки делали из измельчённых диких злаков, бобовых, а также орехов и семян диких трав. Только вот почему же они вымерли как мамонты?

Антропологи говорят, что неандертальцы в Европе "сожительствовали" с кроманьонцами на протяжении нескольких тысяч лет и даже вступали в сексуальные отношения с ними. Если неандертальцы действительно были такими умными, как про них пишут, то почему же они ничему не научились у кроманьонцев? Ведь основной признак ума — обучаемость, способность учиться; и наоборот, признаком отсутствия ума является необучаемость, учить дурака всё равно что лечить мертвеца [1].

Ну как же это так?! Если б я был на месте неандертальцев и видел, что мой вид вымирает, а в соседней пещере живёт и процветает вид кроманьонцев, я пошёл бы к ним узнать, как это у них получается и почему у меня ничего не получается. И я бы приобрёл навыки кроманьонцев, сменил бы свой пагубный образ жизни на успешный образ жизни кроманьонцев. И, в благодарность за науку, просверлил бы им всем зубы и подарил кучу лепёшек.

Однако же, никакой "аккультурации" неандертальцев не случилось. Ничему они не научились... Они даже не оставили после себя ни одного образца фигуративного искусства, что явилось бы бесспорным доказательством их абстрактного мышления.

Поэтому, когда я читаю всякие россказни про "сверление зубов" неандертальцами или про их лепёшки за несколько десятков тысяч лет до неолитической революции, я, как Станиславский, говорю: "не верю!"

--------------------------------------------------------------

[1] Поговорка стала широко известна благодаря писателю Николаю Лескову. В его знаменитом романе «Соборяне» звучит фраза: «Полагаю, бесполезное это дело: дураков учить всё равно, что мёртвых лечить».

Женщины строили ловушки для газелей?

Дженнифер К. Френч в своей монографии "Палеолитическая Европа. Демографическая и социальная преистория" говорит, что женщины и дети в совокупности составляли ~75 процентов любого преисторического населения и не могли быть ничем иным, кроме как активными участниками палеолитических обществ.

В связи с этим давайте ещё раз посмотрим на так называемых «воздушных змеев пустыни». 

На снимках, собранных учёными, видны огромные сооружения на территориях совр. Саудовской Аравии, Иордании и Сирии. Они действительно похожи на воздушных змеев, лежащих на земле. «Голова» змея — сравнительно небольшая 100-200 м, она окружена низкими каменными стенами. А вот «струны», тянущиеся к голове, достигают 4 км.

Источник картинки.

Считается, что воздушные змеи использовались для охоты: стадо газелей гнали вдоль направляющих стен к голове, а там на небольшом пространстве их ловили и убивали. Есть свидетельства, что эти сооружения строились около 8000 г. до н.э. в период неолита. 

Источник картинки

Очевидно, эти V-образные ловушки сооружались на путях сезонной миграции газелей.