Leonard Cottrell в своей монографии "The Bull of Minos", ссылаясь на Джона Пендлбери и его книгу «Археология Крита» (The Archaeology of Crete), говорит, что предки минойцев прибыли на Крит примерно в период между 4000 и 3000 годами до н. э. По всей видимости, их прародиной были юго-западная часть Анатолии и Сирия — по крайней мере, как отмечает Пендлбери, наиболее близкие культурные связи прослеживаются именно с народами этих регионов.
"И хотя неолитические поселенцы, вероятно, были выходцами из Азии, сэр Артур Эванс полагал, что «решающей причиной столь блестящего расцвета ранней цивилизации... стало установление связей с долиной Нила через Ливийское море». Не вызывает сомнений, что контакты с Нижним Египтом и Ливией существовали с глубокой древности. Профессор Перси Ньюберри, выступая перед Британской научной ассоциацией в 1923 году, отметил, что на самой заре исторической эпохи в Нижнем Египте культовые предметы населения северо-западной части дельты (ближайшей к Криту) включали: 1) гарпун; 2) щит в форме «восьмёрки» со скрещёнными стрелами; 3) изображение горы; а также, по всей вероятности, 4) двусторонний топор (лабрис) и 5) фигурку голубя или ласточки. За исключением гарпуна, все эти культовые предметы встречаются также на Крите. Более того, не исключено, что гарпун впоследствии был видоизменён в хорошо известный минойский трезубец, изображения которого встречаются на стенах Кносса и Феста.
Возможно, после завоевания Нижнего Египта Менесом в 3200 г. до н. э. на Крит прибывали небольшие группы беженцев из этого региона. Примечательно, что в додинастическую эпоху (до 3200 г. до н. э.) столицей западной части дельты Нила был город Саис, а богиня этого города, Нейт, имела своим символом щит в форме восьмёрки. Известно, что население западной дельты было тесно связано с Ливией — более того, местные жители даже не владели египетским языком. Эта ливийская связь даёт нам важнейшие подсказки относительно возможных культурных истоков критян. Так, одной из характерных деталей мужского ливийского костюма той далёкой эпохи — как можно судить по дошедшим до нас статуэткам — был своего рода «футляр» (подобный гульфику в средневековой одежде), предназначенный для защиты половых органов. Минойцы носили точно такой же «футляр». Ливийцы также носили причёску с прядью волос, которая спускалась сбоку, перед ухом, на грудь или проходила под мышкой. Точно так же выглядели и минойские мужчины. Существуют и другие любопытные примеры; например, в самых ранних гробницах типа «толос», обнаруженных в Мессаре — недалеко от Феста, — археологи нашли «идолов, или человеческие фигурки, совершенно отличные от тех, что были характерны для более ранней неолитической эпохи, но идентичные тем, что встречались в доисторических погребениях в Накаде» (в Египте).
Таким образом, в неолитическом Крите можно выделить два основных элемента: коренное население, пришедшее из Западной Азии и постоянно пополнявшееся новыми группами выходцев из того же региона, а также стимулирующее влияние со стороны долины Нила. Это влияние могло осуществляться либо посредством торговли, либо в результате прибытия небольшой группы беженцев из западной части дельты Нила — людей, вынужденных покинуть родные места, когда цари Верхнего Египта завоевали всю страну в начале III тысячелетия до н. э. Возможно, именно они обучили местных жителей новым ремёслам — например, тонкой обработке камня и изготовлению фаянса, которыми славилась дельта Нила".
..png)

.jpg)
.png)










.png)
.png)











