Р. Бриффо о первых римлянах.

Первоначальные римляне, как мы знаем, были разделены на племена; эти племена, в свою очередь, состояли из «курий», которые, как говорит нам Дионисий Галикарнасский, соответствовали греческим «фратриям» [1], или, грубо говоря, тому, что мы можем назвать кланами. 

Наиболее примечательным фактом является то, что римские кланы, или курии, были названы в честь женщин, то есть в честь матерей, а не отцов кланов. Таким образом, первоначальная организация римлян состояла из «материнств», подобных тем, которые имелись у многих первобытных народов.

Латинский народ в целом также получил своё название не от своего племенного предка, а от своей племенной прародительницы; ибо первым царём латинов, согласно традиции, был Сатурн, а его женой была Латия, и именно в честь матери рода, а не отца, латинский народ был назван [2].

На основании этих фактов Р. Бриффо делает вывод о том, что социальная структура ранних римлян была матриархальной и что женщины не только давали свои имена кланам, но и были владелицами земли, подтверждается другими свидетельствами.

Земля, на которой был построен сам Рим, согласно преданию, была унаследована римским народом от женщин. Сообщается, что Акка Ларентия, которая, как ни странно, описывается как «самая благородная проститутка» — «nobilissima meretrix» — и имела дом на Велабруме, вышла замуж за богатого этруска, «домом которого она правила», и что после смерти она оставила землю римскому народу [3]. То же самое говорится и о весталке Гее Тарратии [4].

И на самом деле, как это всегда бывает, когда землевладельцами являются женщины, а не мужчины, наследование трона не происходило у римских царей по мужской линии; хотя у них были сыновья, они не наследовали корону своего отца. Иногда она переходила к чужеземцам, чей титул, однако, подтверждался их браком с женщиной из царского дома, — обычай, распространённый среди матриархальных народов.

И мы действительно видим, что корона в раннем Риме передавалась по женской линии, и что у более поздних царей существовало острое соперничество и вражда между дядями и племянниками. Тарквиний Гордый даже приказал убить одного из своих племянников в надежде обеспечить престолонаследие своему собственному сыну. Однако другой племянник, Луций Юний Брут, избежал наказания, притворившись, подобно Гамлету, психически нездоровым. Именно на него, в соответствии с матриархальным законом, после нападения на его племянницу Лукрецию, легла обязанность кровной мести, а не на её мужа или отца; и он сверг тирана с престола и унаследовал его власть, став законным наследником. Таким образом, отношения между дядей по материнской линии и сыном сестры в первобытном Риме следовали матриархальному, а не патриархальному правлению. Как и во всех матриархальных обществах, различие между дядей по отцовской и материнской линии было чётко обозначено. Первый назывался «патруус», второй — «авункулус», уменьшительное от «авус», то есть «предок» или «лицо, от которого наследуют».

*************************************

Интересно... Выходит, что вторжения арийских орд на территорию Старой Европы не привели к тотальному "слому" матриархальных порядков. Те порядки продолжали существовать ещё при основании Рима в 753 году до Р. Х., то есть спустя примерно 2000 лет после экспансии курганной (позднеямной) культуры.

Фав­сту­л случайно обнаружил волчицу, кормящую грудью Ромула и Рема. Рельеф II века н.э.

--------------------------------------------------------------------------

[1] Dionysius Halicarnassensis , Antiq . Rom . , ii . 7 .

[2] Aulus Gellius, Noctes Atticae , xiii . 22 .

[3] Macrobius, Saturnalia, i . 10; Plutarch, Quaestiones Romanae, xxxv ; Id. , Vita Romuli, v ; Aulus Gellius, vi . 7 ; Augustin, De civitate Dei, vi . 7. Cf. V. Scialoia, " Il testamento di Acca Larentia," Rendiconti della Reale Accademia dei Lincei . Classe di scienze morali, storiche e filologiche , Ser. 5, vol. xiv (1905), pp. 141 sqq.; Th. Mommsen, Römische Forschungen, vol. ii, pp. 1 sqq.

[4] Aulus Gellius, lvii ; Pliny, Nat. Hist. , xxiv . 2 .