Об «удочерении» жён на Тайване.

В продолжение записи "О происхождении табу на инцест".

Arthur P. Wolf в своей монографии "Sexual Attraction and Childhood Association: A Chinese Brief for Edward Westermarck" говорит, что в 1957 году, завершив два года аспирантуры в Корнельском университете и год языковой подготовки в Стэнфордском университете, он отправился на Тайвань, и поселился в семье фермеров, в деревне недалеко от города Шу-линь, примерно в десяти милях к юго-западу от города Тайбэй. Там он обнаружил, что почти половина замужних женщин в деревне не присоединились к семьям своих мужей в молодом возрасте, а были «удочерены» в младенчестве и воспитаны будущими свекровями. Распространённость этого обычая уже была тщательно задокументирована японскими и китайскими учёными. Arthur P. Wolf увидел в этом обычае возможность проверить сильно критикуемую гипотезу Вестермарка.

Здесь сразу надо отметить, что такого рода браки являются однозначно патриархальными, и даже кондово-патриархальными, стопудово-патриархальными. "Действительно, права замужней женщины как матери рассматривались как зависящие от того, останется ли она в браке с отцом своих детей. На Тайване сыновья разведённой женщины могли по сентиментальным причинам присутствовать на похоронах матери, но они никогда не надевали траурную одежду, требуемую от сыновей. В местном понимании мать, разведённая со своим отцом, больше не была матерью". 

В традиционном Китае брак, в какой бы форме он ни заключался, был выражением родительской власти и заключался в интересах родителей. Решение принималось родителями или даже бабушками и дедушками. Родители предпочитали воспитывать жён своих сыновей; они сами выбирали девочку и принимали её в качестве работницы по хозяйству, которая, когда подрастёт, принесёт приплод, как курица - цыплят. 

Кстати, и в крестьянской России так же было: все члены патриархальной семьи должны были вносить свою лепту в домохозяйство, каждый по-своему. И на жену-молодуху смотрели под этим углом зрения, - чтоб от неё была польза хозяйству. Сварит борщ, - и то хорошо, всё в хозяйстве сгодится. Вспоминается эпизод из фильма "Бумбараш", где крепкий хозяйственник, мужик Гаврила, говорит: "Вон у меня — дом, мануфактура, статуэтки, корова, картины, телёнок, свечки, гуси, поросёнок, жена… вон она у меня какая! Варя! — сказал он, чтоб показать свою власть над нею. — Варя! Сними сапог! Для самовара сгодится! Ну, снимай, снимай! Стягивай! — И протянул Варваре ногу в сапоге".

О происхождении табу на инцест.

Эдвард Вестермарк в своей монографии «История человеческого брака» написал следующее: "В целом, наблюдается замечательное отсутствие эротических чувств между людьми, живущими в тесном контакте с детства. Более того, в этом, как и во многих других случаях, сексуальное безразличие сочетается с положительным чувством отвращения при мысли о таком акте. Я считаю это основной причиной экзогамных запретов. Люди, которые жили близко друг с другом с детства, как правило, являются близкими родственниками. Следовательно, их отвращение к сексуальным отношениям друг с другом проявляется в обычаях и законах как запрет на половые отношения между близкими родственниками".

При этом Вестермарк сделал ссылку на Дарвина, - "светило" европейской науки, имевшее безусловный авторитет в просвещённом обществе. В 1868 году в работе «Изменчивость животных и растений при одомашнивании» Дарвин писал: «Хотя, по-видимому, у человечества нет сильного наследственного чувства против инцеста, кажется возможным, что мужчины в первобытные времена могли приходить в большее возбуждение при виде чужих женщин, чем тех, с которыми они обычно жили; подобно тому, как, по мнению г-на Капплса, самцы дирхаундов склонны к чужим самкам, в то время как самки предпочитают собак, с которыми они уже общались. Если бы такое чувство существовало ранее у человека, это привело бы к предпочтению браков за пределами ближайших родственников и могло бы усилиться за счёт того, что потомство от таких браков выживало в большем количестве, как можно предположить по аналогии". 

Первые значимые столкновения между Вестермарком и его критиками произошли в начале 1910-х годов и касались сэра Джеймса Фрейзера и Зигмунда Фрейда. В своей работе «Тотемизм и экзогамия» Фрейзер выдвинул несколько аргументов против гипотезы Вестермарка, включая жалобу на то, что «она слишком сильно находится под влиянием Дарвина», но критика, которую все запомнили, заключалась в его настойчивом утверждении, что если Вестермарк прав, то не требуется никакого табу на инцест. Фрейд процитировал полностью следующий абзац из работы Фрейзера:

Нелегко понять, почему какой-либо глубокий человеческий инстинкт нуждается в подкреплении законом. Нет закона, предписывающего людям есть и пить или запрещающего им опускать руки в огонь. Люди едят и пьют, но держат руки подальше от огня инстинктивно, опасаясь естественных, а не юридических наказаний… Закон запрещает людям делать только то, к чему их подталкивают инстинкты; было бы излишним запрещать и наказывать по закону то, что сама природа запрещает и наказывает. Соответственно, мы всегда можем с уверенностью предположить, что преступления, запрещённые законом, — это преступления, к совершению которых многие люди имеют естественную склонность. Если бы такой склонности не было, не было бы и таких преступлений, а если бы таких преступлений не совершалось, зачем их запрещать?