Маат... Как много в этом звуке...

Божеством, наделяющим царской властью, у египтян была богиня Маат, которая также отвечала за закон, истину и порядок. Её часто изображали в виде женщины со страусиным пером Истины на голове. 

Маат.

Цари называли себя «возлюбленными Маат». Даже противный Эхнатон, основы религиозной реформы которого позже считались противоположностью Маат, в ранних текстах гробницы визиря Ра-мосе в Фивах назван «живущим согласно Маат».

Голова незавершённой статуи Эхнатона. Новое царство, XVIII династия. Ок. 1340 г. до н. э.

Во многих царских церемониальных надписях говорится об установлении или восстановлении Маат как о высочайшем благе, совершённом фараоном:

«Вновь возвёл я разрушенные памятники в вечности и бесконечности, уничтожил ложь по всей стране. Утвердил я Истину и ложь сделал для земли мерзостью так, как это было в начале времён…» (из текста «Стелы Реставрации» Тутанхамона).

А в наше последнее время уже никто не борется с ложью, и никто не утверждает Истину...

«Делательницы царей».

В легенде о вступлении на престол Рима Тарквиния Древнего говорится, что беглец из Коринфа Демарат нашёл пристанище в Этрурии. От брака с этрусской женщиной у него родилось двое сыновей — Лукумон и Арунт. В силу того, что они были только наполовину этрусками, сыновья Демарата имели определённые ограничения для карьеры. Когда один из них — Лукумон, женился на знатной этрусской женщине Танаквиль, она уговорила его переселиться в Рим, где у него не могло возникнуть препятствий для карьеры. Распродав имущество, они сели в повозку и отправились в Рим. По дороге на голову Лукумона опустился орёл, а Танаквиль истолковала это знамение в том смысле, что её муж станет в Риме царём. Впоследствии Лукумон, или Луций Тарквиний I, на самом деле становится царём Рима, причём его жена активнейшим образом помогает ему в этом (Liv., IV, 1, 1). "Создаётся впечатление, что если бы даже орёл и не спустился на голову Лукумона, такая женщина как Танаквиль всё равно сделала бы из своего мужа царя", - комментирует легенду А. Е. Наговицын в своей монографии "Древние цивилизации: общая теория мифа". 

 Дж. Франко и Д. Брикель считают Танаквиль и Туллию настоящими «делательницами царей». Но как это у них получалось? Одних лишь женских усилий для этого недостаточно. Очевидно, на этот вопрос можно дать вразумительный ответ лишь принимая в расчёт священный характер власти в культурном ареале этрусков, куда, бесусловно входил и древний Рим на этапе своего становления.

Высшим божеством у этрусков, подобным Юпитеру или Зевсу, являлся бог с именем Тин. Супругой Тина была Уни (Юнона). Так вот, эта Уни считалась покровительницей царской власти. И царь города Цэре Тефарий Велиана благодарил за три года своего правления именно богиню Уни (TLE, № 874, A).

Часть раскрашенной терракотовой скульптуры богини Уни (аналог Геи-Юноны), жена бога неба Тинии (Зевса-Юпитера), царица богов.

Как известно, у древних греков женою Зевса была Гера. Диодор Сицилийский, рассказывая об усыновлении Герой Геракла и подчёркивая, что такой обряд существовал у варваров в его время, пишет, что богиня «взошла на ложе и, приняв Геракла на своё тело, пропустила его под одеждами, пока тот не оказался на земле в подражание настоящим родам» (пер. О. П. Цыбенко) (Diod. Sic., IV, 39 2).

Ещё раз о св. браке.

Джеймс Джордж Фрэзер в своём фундаментальном труде «Золотая ветвь» выдвинул теорию о ритуальном умерщвлении царей-жрецов. "Их кровь разбрызгивали, чтобы плодоносили деревья, росли хлеба и давали приплод стада, а тело, вероятно, поедалось в сыром виде женским окружением царицы — жрицами в масках кобыл, сук и свиней", - уточнял Роберт Грейвс.

Эта теория бездумно повторяется в работах многих антропологов, хотя доказательств маловато.

А. Е. Наговицын в своей монографии "Древние цивилизации: общая теория мифа" повторяет все "избитые" фразы о ритуальном жертвоприношении царей: "Культ возрождения природы как проекции богинь-матерей через принесение в жертву мужчины в ряде случаев принимал достаточно жуткий характер. <...>  В связи с древнегреческими мифологическими текстами отметим, что растерзание мужчины в каждом случае проводилось или самими женскими персонажами, или как часть обряда им посвящённого. При этом расчленение мужчины рассматривалось как акт возрождения природы, проводимого женщинами или их покровительницами — женскими божествами".

При этом А. Е. Наговицын ссылается не на исторические свидетельства, а на мифологию. "В Греции мотив брака царя с богиней и последующего его убиения для возрождения природы выродился в представления о Ламии и Эмпусах или Эмпусе (в единственном числе), похищающих молодых людей и пожирающих их, когда они впадали в сон после занятий с ними любовью.  Даже позднейший миф о египетской царице Клеопатре, убивавшей, по преданию, мужчин проведших с ней ночь, может оказаться отголоском древнейших женских ритуалов, тем более что египетские фараоны рассматривались как воплощение бога на земле". Жаль, он ещё не привёл аналогичные исторические анекдоты про императрицу Екатерину Великую.

Я всегда относился скептически к теории Фрэзера. Мне кажется, Фрэзер, по русской поговорке, "слышал звон, да не знает, где он". Тем не менее, "дыма без огня не бывает", согласно другой поговорке, и давайте разберёмся, откуда же происходит этот дым исторических преданий.

Во-первых, здесь сразу бросаются в глаза мифологические пары типа Кибелы и Аттиса, в которых мужской консорт богини претерпевает "страсти", "страды", или, проще говоря, страдальческую гибель. Эти мифические "страды" были встроены во вполне реальные культы, как, например, в культ той же Кибелы, но при этом важно подчеркнуть, что, несмотря на "кровавость" ритуала, никто и не думал убивать мужчин. Эти ритуалы, по всем признакам, являлись разновидностями обрядов посвящения, или инициаций, исследованных антропологами "вдоль и поперёк". Антропологи отмечают, что какой-то небольшой процент мальчиков не выносят мучительных испытаний и погибают, однако никто же не говорит, что целью инициаций является поголовное истребление мужского пола.

Во-вторых, из смутных и неопределённых исторических свидетельств можно сделать вывод о существовании "священного брака" по крайней мере в древней Месопотамии. Царь совершал ежегодный ритуал совокупления с девственной жрицей богини, однако перед этим он проходил ритуальное очищение и покаяние, во время которого переносил какие-то побои (может быть, удары плетью, как в траурной церемонии у мусульман-шиитов, которая известна европейцам как Шахсей-вахсей). И здесь мы также видим один из вариантов посвящения, инициационных испытаний в рамках того же культа Богини. Наверно, тот обряд был вовсе не обязателен для царей, но считалось "правилом хорошего тона", чтобы царь прошёл очищение, пролил кровь, ведь, как мы знаем, "душа тела — в крови", и через пролитие крови (не чужой крови, а своей собственной!) в человека входят духовные сущности, и человек становится "сыном Божьим" (или "сыном Богини"). Людям хотелось верить, что ими правит не какой-то непонятный мудак с улицы, а человек духовный, имеющий связь с Богиней (хотя бы через её жрицу), - и цари "снисходили" до чаяний народных и позволяли жрецам бить себя по лицу раз в год во время покаяния. 

Вот, собственно, и всё. Может быть, после покаяния жрецы провозглашали людям: "старый царь умер!" Ну, типа, как в христианстве считается, что при покаянии умирает "ветхий Адам" и рождается "новый человек" во Христе Иисусе. И потом жрецы говорили: "да здравствует новый царь!" А греки, бывшие в то время в Вавилоне, потом возвращались домой и рассказывали Геродоту, что там каждый год убивают царей.  

«Династический инцест», которого не было.

Хартленд говорит, что на протяжении более пятидесяти веков египетской истории вплоть до окончательного падения царства и смерти Клеопатры матрилинейные институты никогда не деградировали окончательно, несмотря на многочисленные революции и даже неоднократные завоевания иноземными захватчиками (Primitive Society, pp. 118-19).

В египетском царском доме высшая власть принадлежала царице, а трон переходил от матери к принцессе-дочери. Бриффо резюмирует это следующим образом: "В то время как каждая египетская принцесса царского дома рождалась царицей и носила титулы и почести этой должности со дня своего рождения, мужчина приобретал их только при своей коронации и мог сделать это только став супругом принцессы" (The Mothers, vol. I, p. 378).

Это превосходство женщин в царской семье не было уникальным; египетские женщины в целом занимали наиболее почитаемое положение в семье, что характерно для матриархальной семьи. Бриффо цитирует известных египтологов по этому вопросу: «Семья в Египте, — говорит сэр Уильям Флиндерс Петри, — основывалась на матриархальной системе; чиновник или фермер, вступивший в брак с членом семьи, был второстепенным лицом; дом и имущество переходили к женщине и её дочерям». «Египетская женщина из низшего и среднего класса, — говорит сэр Гастон Масперо, — пользовалась большим уважением и независимостью, чем любая другая женщина в мире. Как жена, она являлась настоящей хозяйкой дома, а её муж был, так сказать, всего лишь привилегированным гостем». «Самым важным человеком в семье, — говорит доктор Холл, — был не отец, а мать». Египетскую жену называли «домоправительницей»…; соответствующего термина для мужа не существует. «В египетском праве нет ничего, что хотя бы отдалённо напоминало бы власть мужа как главы семьи» (ibid., p. 381).

Реконструкция лица древнеегипетской аристократки

Полюдье африканских царьков.

Несколько колоритных описаний полюдья африканских царьков из коллективного труда "Полюдье: всемирно-историческое явление" (Под общ. ред. Ю. М. Кобищанова. - М.: РОССПЭН, 2009). Эти царьки, вместо того чтобы заниматься земледелием или скотоводством, как все нормальные мужчины, клянчили еду, как побирушки, в окружающих деревнях.

Руанда была разделена на множество дистриктов, которые английский исследователь П. Б. Гравел сравнивает с манорами средневековой Англии (Gravel Р. В. Life in manor Gisaka (Rwanda) //JАН. 1965. Vol. VI. N. 3.). Почти в каждом дистрикте есть места, где мвами (царь) Руанды устраивал свои резиденции - комплексы хижин, обнесённые оградой. Пока здесь пребывал мвами, сюда со всей округи ему доставлялась дань, пригонялся пасшийся в дистрикте скот (верховным владельцем которого считался мвами), являлись представители аристократической касты тутси (Kagame А. La code des institutions politiques du Rwanda precoloniale. Bruxelles, 1952. Р. 29, 120 esq.). В доколониальный период в Руанде не было городов (г. Кигали, ставший столицей, появился только в ХХ в.) и мвами управлял страной и собирал дань с отдельных «маноров», поочерёдно располагая в них свою резиденцию. Вместе с царём перемещался его многочисленный двор, состав которого был довольно текуч.

Впервые полюдье мвами Руанды было описано немецким колониальным резидентом и учёным-психиатром Р. Кандтом, прибывшим в Руанду в 1897 г. Он наблюдал, как мвами переносил свою резиденцию из одной области в другую, как вокруг неё выпасался скот, как сюда спешили отряды вооружённых копьями воинов и доставлялась из окрестных мест дань в виде больших глиняных сосудов с банановым вином, пивом, мукой, сливочным маслом, мёдом и пр. Немецкий учёный сравнивал всё это с порядками средневековой Европы (Kandt R. Caput Nili. В., 1921. S. 238 usw.). Прибывающие к дворцу царя тутси приносили ему клятву верности, исполняя особые величальные песни и участвуя в постройке ограды его резиденции (Gravel Р. В. Life in manor Gisaka.). Сходные порядки существовали в Бурунди и Карагве (ныне в Танзании).

Ряд комплексов типа полюдья мы находим в доколониальных государствах пояса южных саванн. Верховный правитель Лубы, носивший титул мулохве, ежегодно лично объезжал подчинённые собственно балуба племена, собирая дань и кормя в пути свою многочисленную свиту, в том числе караван носильщиков, иногда мулохве заменял в «полюдье» его представитель (Львова Э. С. Социальная структура государств Куба и Луба (конец XIX в.) // Социальные структуры доколониальной Африки. М., 1970. С.140.).

"Постоянная Калигулы".

Одно время Римской империей правил больной на всю голову император по прозвищу Калигула.  

"Статуи прославленных мужей, перенесённые Августом с тесного Капитолия на Марсово поле, он ниспроверг и разбил так, что их уже невозможно было восстановить с прежними надписями; а потом он и впредь запретил воздвигать живым людям статуи или скульптурные портреты, кроме как с его согласия и предложения. Он помышлял даже уничтожить поэмы Гомера – почему, говорил он, Платон мог изгнать Гомера из устроенного им государства [1], а он не может? Немногого не доставало ему, чтобы и Вергилия и Тита Ливия с их сочинениями и изваяниями изъять из всех библиотек: первого он всегда бранил за отсутствие таланта и недостаток учёности, а второго – как историка многословного и недостоверного. Науку правоведов он тоже как будто хотел отменить, то и дело повторяя, что уж он-то, видит бог, позаботится, чтобы никакое толкование законов не перечило его воле" (Светоний. "Жизнь двенадцати цезарей").

Калигула — отнюдь не единственный пример самодура на троне. Можно было бы ввести новый термин в научный оборот — "постоянная Калигулы", в том смысле что уклон к самодержавию существует постоянно в любом государстве. В том-то и заключается главный изъян государственного правления, что во главе государства может оказаться "калигула" и действовать по принципу "что хочу, то ворочу, и никто мне не указ".

Государство можно сравнить с машиной, - недаром говорится о "государственном аппарате". Бывает, что хороший человек управляет машиной, но бывает и так, что за государственным "рулём" оказывается человек, мягко выражаясь, неумный, как Калигула.

"Он распорядился привезти из Греции изображения богов, прославленные и почитанием и искусством, в их числе даже Зевса Олимпийского, – чтобы снять с них головы и заменить своими". "Замыслив разорвать на части одного сенатора [2], он подкупил несколько человек напасть на него при входе в курию с криками «враг отечества!», пронзить его грифелями и бросить на растерзание остальным сенаторам [3]; и он насытился только тогда, когда увидел, как члены и внутренности убитого проволокли по улицам и свалили грудою перед ним". 

------------------------------------------------------------------------

[1] Платон осуждает Гомера в «Государстве». III. 1-5.

[2] который, очевидно, проявлял признаки благоразумия и не одобрял безумства Калигулы

[3] Сенатора звали Скрибоний Прокул; при входе в сенат к нему подошёл вольноотпущенник Гая Протоген и в ответ на его приветствие крикнул: «Как ты смеешь приветствовать меня, если ненавидишь императора!» – и затем все набросились на жертву (Дион . 59. 26). 

На Крите нет следов царей.

"Ориентация [крито-минойских] дворцов, множество святилищ и культового инвентаря, которые они содержали, религиозная иконография, фрески – всё это указывает на один вывод: они были центрами религиозной деятельности. В них проживала правящая элита, которая отвечала за религиозные, экономические и политические вопросы. Короче говоря, дворцы – это недостающие храмы, за исключением того, что они были чем-то большим, чем просто храмы, поскольку являлись резиденцией правителей", - пишет Нанно Маринатос.

Далее она признаёт, что в предложенной ею схеме отсутствуют помпезные жилые помещения; все важные зоны перепрофилированы для церемониального использования. "Однако их отсутствие не означает ни того, что правителей не было, ни того, что последние не проживали во дворцах. Скорее всего, царские покои находилось на верхних этажах, которые не сохранились", - говорит она.

Какие-то странные получились правители в изображении Нанно Маринатос. Как демоны в культовом фильме "Иван Васильевич меняет профессию":

Древнеегипетские правители оставили после себя весьма весомые свидетельства своего правления,

Колоссальная статуя Рамзеса II в Мемфисе (Египет). Высеченная из известняка, она достигала в высоту более 10 метров и изображала могущественного фараона в сильной позе.

а крито-минойские цари жили как бесплотные духи. Сама же Н. Маринатос признаёт отсутствие иконографии правителя/жреца. "Ни один человек не выделяется настолько, чтобы заслужить имя жрец-царь или жрица-царица".

Про этрусских царей.

А. Л. Янко в своей монографии "Этруски: социально-политическая организация (VIII-III вв. до н. э.)" пишет о недавно обнаруженных дворцах этрусских царей: "На сегодня открыты дворец правителя из Луны VIII в. до н. э., дворец в Аквароссе у Витербо VII в. до н. э., дворец на Поджо Чивитате в коммуне Мурло у Сиенны VII-VI вв. до н. э., резиденция этрусских царей в Риме Regia, дворец аналогичного типа в Монтетосто в Цэре и т. п. (пока не определено назначение стен цитаделей VII в. до н. э. Рузелл и Ветулонии)". 

Я нисколько не сомневаюсь в том, что в VIII в. до н. э. у этрусков был патриархат, но немного "напрягает" совмещённость царских дворцов с храмами. У них что там — не было свободных мест под строительство храмов? Да и сами храмы, насколько я знаю, появились у этрусков сравнительно поздно. В Италии с древнейших времён поклонялись богам и истолковывали предзнаменования в святилищах под открытым небом. Такое святилище, расположенное на возвышении со ступеньками, можно увидеть в Кьюзи. 

Модель святилища из Археологического музея в Кьюзи.

Подобные сооружения сохранились до наших дней, и одно из них - на вершине холма в Марцаботто. Несомненно, эти сооружения предназначались для отправления религиозных обрядов и толкования предзнаменований. Строительство храмов, в которые помещалось изваяние бога, началось вместе с приходом антропоморфической религиозной концепции, согласно которой боги представали в образе людей.

Царицы Мероэ.

"По сообщению Плиния, в городе Мероэ возвышается храм Амона, а страной правит царица, которую он называет "кэндас". Это имя, говорит Плиний, передаётся от царицы к царице.  

Постоянство традиции, согласно которой правителем Мероэ всегда была царица, довольно любопытно. О ней говорится также и в единственном упоминании о Мероэ в Новом Завете, где в книге Деяний святых апостолов (8: 26-39) рассказывается о том, как Филиппом был окрещён "муж Ефиоплянин, евнух, вельможа Кандакии, царицы Ефиопской". Мы знаем, что в Римской империи правителем обычно был мужчина. Свидетельство же о том, что Мероэ правила царица, должно отражать ту значительную роль, которая принадлежала женщинам в мероитском обществе" (цит. по: Шинни П. Нубийцы. Могущественная цивилизация древней Африки. - М.: ЗАО Центрполиграф, 2004. С. 17-18).

Интересен орнамент на мероитской керамике.

Он напоминает мне крито-минойскую символику.

Роды на царском троне.

Возвращаясь снова к знаменитому изображению "богини" из Чатал-Хююка,

я хотел бы обратить внимание читателей на удивительную связку "трона" и "родов". Кто бы ни была эта женщина, сидящая на троне, поддерживаемом двумя кошками, она, по-видимому, изображена в процессе родов, с головой ребёнка, находящейся между её ног. Мария Гимбутас называет её «богиней на троне», а другие — Великой Матерью Чатал-Гуюка, и датируют её примерно 6000/6500 гг. до н.э. 

Трон — явно "царский", на что намекают два леопарда, на которых опирается "богиня". Что это именно леопарды, доказывают фрески, обнаруженные при раскопках в том-же Чатал-Хуйюке.

О феминизации образа хорошего правителя.

В новом исследовании «Король как мать: гендерные метафоры власти в Европе раннего Нового времени» Луис Р. Кортегера и др. показывают, что на протяжении всей истории многие монархи-мужчины позиционировали себя как «материнские» фигуры. «Хорошие правители должны быть сильными воинами и открыто противостоять несправедливости. Но им также необходимо быть заботливыми и чуткими», — сказал Луис Кортегера, профессор истории в Университете Канзаса. 

Да, я это уже давно подметил, как древние правители "приукрашивали" себя подобно женщинам. Вот, взгляните на этого месопотамского чиновника. При жизни он наверно был казнокрадом и коррупционером, как вся его чиновничья братия, однако на посмертном изображении он выглядит как девочка невинная.

Золотая статуя Эбих-Ила. Храм Иштар в Мари, 2500-2340 гг. до н.э. Надпись на аккадском «Статуя Эбих-Ила, наместника, он посвятил её Иштар».

 

Сущий ангел.

Няшка.

Гарем и матриархат.

"Секс был главным занятием китайского императора, служившим образцом для подражания высшим слоям общества. Считалось, что он обладает сверхчеловеческим запасом ци, то есть Жизненной Силы. Для пополнения этого запаса ци требовался постоянный приток женской энергии инь. И с этой целью правитель держал при себе многочисленных наложниц. Так, согласно легендам, Жёлтый Император имел три тысячи наложниц и совершал Царственное Соединение с тысячью двумястами из них на протяжении всей жизни.

Что было самым страшным для женщин императорского дворца? Если наложница попадала в немилость у императора [то есть, надо полагать, ублажала царственную плоть без особого усердия], её заставляли жить отдельно, возможно, что до конца своей жизни. Таких могли даже убить евнухи. В императорском дворце было обычным делом забить наложницу насмерть. Во времена династии Мин при дворе было 9000 наложниц и 10000 евнухов, случалось, что не все из них могли нормально поесть, и некоторые умирали от голода. Часто это приводило к трагедиям. Как пример можно привести случай с императором Цзяцзином (嘉靖 Jiajing) династии Мин.

Император Цзяцзин имел жестокий характер и грубо обращался со своими наложницами и служанками. Их били за малейшую провинность, и по меньшей мере 200 из них умерли в результате побоев. Доведённые до отчаяния, наложницы решили убить императора. В ночь 21 октября 1542 года наложница Ян Цзиньин (Yang Jinying) вместе с другими 15 женщинами попытались задушить спящего императора. Но неправильно завязанный узел не дал затянуть петлю на его шее, император проснулся и стал сопротивляться. Тогда Ян Цзиньин выхватила спицу для волос и стала бить ей Цзяцзина. Император уже лежал без сознания, когда в комнату ворвалась императрица Сяоле (Xiaolie) и спасла ему жизнь.

Ян Цзиньин и её 15 компаньонок были арестованы и казнены через расчленение. Их отрезанные головы выставили на всеобщее обозрение как предупреждение другим. Не повезло и их близким: десять из них были казнены, а других сделали рабами. Согласно историческим записям, во время казни на землю опустился густой туман и держался так три или четыре дня. Люди говорили, что свершилась несправедливость. В эту же ночь одна из наложниц, которая спала вместе с императором, была убита.

Девочек для гаремов отбирали специально обученные люди из числа дочерей воевод и князей. В 12-14 летнем возрасте они проходили смотрины, которые устраивала мать Императора и в случае успеха поступали в гарем. Однако, зная ужасные нравы, творящиеся в гаремах, многие родители специально калечили дочек или отдавали вместо них дочерей служанок".

Самая ранняя известная «царская гробница».

Археологи, работающие на кургане Арслантепе (тур. Arslantepe Höyük), объекте Всемирного наследия ЮНЕСКО в восточной турецкой провинции Малатья, который считается первым городом-государством в Анатолии и родиной первых известных в мире мечей, обнаружили то, что идентифицируется как самая ранняя известная «царская гробница», содержащая значительное количество металлического оружия и украшений. Вокруг этого главного захоронения находятся вспомогательные могилы, интерпретируемые как ритуальные жертвоприношения.

Одно из самых поразительных открытий на этом месте — свидетельства человеческих жертвоприношений, практика, также задокументированная в других древних цивилизациях. Археологи обнаружили останки нескольких человек, похороненных рядом с правителями, что символизирует ритуальный переход в загробную жизнь. Такие жертвенные практики были распространены в иерархических обществах, где лидеры использовали эти ритуалы, чтобы продемонстрировать власть и укрепить лояльность среди своих подданных. Биоархеологический анализ показывает, что жертвы часто выбирались намеренно, в основном это были девочки-подростки, что подчёркивает резкое неравенство, присутствовавшее в этих ранних обществах.

Источник 1. Источник 2.

«Могучий» Сет и «свирепый» царь.

"Сет — в древнеегипетской мифологии бог ярости, песчаных бурь, разрушения, хаоса, войны и смерти" (Википедия), и в то же время он — "покровитель царской власти в период Древнего царста, его имя входило в титулы и имена ряда фараонов. И даже в начале периода Нового царства имена «Сети» встречаются ещё достаточно часто; эти имена носили фараоны XIX династии: Сети, Сетнахт".

Сет и Гор коронуют Рамсеса II. Малый храм в Абу-Симбеле

Рамсес II на колеснице во время битвы при Кадеше. Барельеф храма в Абу-Симбеле

Как цари переворачивают всё с ног на голову.

Merlin Stone в своей монографии "When god was a woman" (New York, 1976) говорит о себе, что она постоянно находилась за чтением археологических журналов и изучением текстов в университетских библиотеках.

"Читая, я вспоминала, что где-то на жизненном пути мне сказали — и я приняла эту идею — что солнце, великое и могущественное, естественно почиталось как мужское, в то время как луна, туманный, нежный символ сентиментальности и любви, всегда почиталась как женское светило. К моему большому удивлению, я обнаружила отчёты о богинях солнца в землях Ханаана, Анатолии, Аравии и Австралии, и к тому же богини солнца у эскимосов, японцев и индийских кхаси имели подчинённых им братьев, символом которых являлась луна.

Я где-то усвоила идею, что земля в древности неизменно идентифицировалась как женщина, Мать-Земля, та, которая пассивно принимает семя, в то время как небо было естественно и неотъемлемо мужским, его неосязаемость символизировала якобы исключительную мужскую способность мыслить абстрактными концепциями. Это я тоже принимала без вопросов — пока не узнала, что почти все женские божества Ближнего и Среднего Востока носили титул Царицы Небесной, а в Египте не только древняя богиня Нут была известна как "небесная", но и её брат-муж Геб символизировался как земля".

Нут — богиня неба, её также называли «огромной матерью звёзд, рождающей богов». 

Масиас Нгема.

А. Дугин рассказывает про первого президента Экваториальной Гвинеи, про чудовище по имени Франсиско Масиас Нгема. Этот рассказ является хорошим антидотом (от греч. antidoton — даваемое против), хорошим противоядием от царебожничества. Посмотрим на ужасающее зрелище царя без "тормозов", который царствовал по принципу "что хочу, то ворочу, и никто мне не указ".

"Во время испанского господства он был вполне лояльным сотрудником местной администрации, но накануне обретения независимости выступил с программой радикального национализма и победил на выборах президента. После этого Масиас Нгема фактически ввёл в стране диктатуру и культ самого себя. Так, национальный гимн, введённый им, содержал слова: «Нет Бога, кроме Масиаса Нгемы». Он предписал повторять это священникам во время богослужений, а когда они стали отказываться, запретил христианство вообще, равно как и другие религии. (Из Википедии: Он закрыл почти все библиотеки в стране, к 1974 году оставалась лишь библиотека в Малабо. Масиас Нгема запретил выпуск газет и использование типографий (до 1975 года в стране издавалось лишь две газеты, обе правительственные, позже были закрыты и они). В 1974 году по указу президента были закрыты все школы в католических миссиях; государственные школы фактически не функционировали и ранее, подменяя образование заучиванием лозунгов). Отрицание европейской образованности выразилось у Масиаса Нгемы в запрете самого слово «интеллектуал». Все, кто отдаленно напоминал «интеллектуала», подвергались репрессиям — чаще всего физическому уничтожению. Нгема сосредоточил в своих руках все формы власти —президентскую, политическую и судебную. После того, как он расстрелял главу Центробанка Экваториальной Гвинеи, он стал хранить казну государства у себя дома, зарыв её в зарослях тростника. Позднее часть денег сгнила, а другую часть он собственноручно сжёг перед побегом.

Нгема потребовал от всего взрослого населения принудительно вступить в Единую Национальную Партию. Своих противников он казнил, даже не предъявляя обвинений. Однажды накануне Рождества он расстрелял группу неприятных ему чиновников из 150 человек на стадионе в столице Малабо (Санта-Исабель), переодев палачей в костюмы Деда Мороза, пока в громкоговорителях играл шлягер певицы Мери Хопкин «Those Were the Days», что свидетельствует о том, что он обладал специфическим чувством юмора с элементами Постмодерна.

В один момент он приказал казнить всех, кто носит очки.

Заработную плату он прекратил выплачивать совсем. (Из Википедии: Регулярно получали зарплату лишь президент, военные, полицейские и сотрудники спецслужб.) Чтобы люди не уплыли из страны, он приказал уничтожить все лодки, заодно запретив рыбную ловлю. Единственную дорогу, по которой можно было уехать за пределы Экваториальной Гвинеи, он заминировал.

Нгема никому не доверял, кроме узкого круга людей из своего клана, но и их он время от времени расстреливал. Так, он казнил 10 из двенадцати министров, взяв их функции на себя.

От ужаса происходящего больше половины населения страны, несмотря на все преграды, сбежало из Экваториальной Гвинеи. (Из Википедии: Когда директор государственного бюро статистики опубликовал отчёт о демографии, и Масиасу Нгеме показалось, что цифры численности населения слишком низки, он приказал расчленить директора, «чтобы тот научился считать». )

(Из Википедии: В июне 1979 года 11 офицеров Национальной гвардии пришли к нему с жалобой на то, что уже несколько месяцев не получали зарплату; все они были расстреляны. Тогда 3 августа его племянник Теодоро Обианг Нгема Мбасого, возглавлявший тогда Нацгвардию, решил осуществить переворот.) Масиаса Нгему схватили с чемоданами денег, которые он не успел сжечь, судили и казнили вместе с ближайшими сподвижниками, принимавшими участие в наиболее чудовищных предприятиях.

(Из Википедии: Масиас Нгема имел дружеские отношения с КНДР, будучи почитателем тамошнего диктатора Ким Ир Сена. После свержения первого президента Экваториальной Гвинеи его семья нашла убежище в Северной Корее.)

Всякий разумный порядок вещей должен исходить из того очевидного факта, что в каждой стране, в каждом народе имеется много дураков. Как не допустить дураков во власть, как сделать "реле от дураков", — эта задача до сих пор не решена ни в одном государстве мира. Поэтому дураки, типа Масиаса Нгемы, и впредь будут царствовать, а миропорядок будет напоминать дурдом. 

И земляне ещё удивляются, что у них нет "братьев по разуму" в космосе. Ха-ха-ха, ржунимагу! Да вы посмотрите на себя глазами инопланетян! Вот, допустим, они прилетели и с околоземной орбиты наблюдают за тем, что происходит на Земле. И видят, что государством Экваториальная Гвинея заправляет дурак Масиас Нгема, а другие лидеры государств делают вид, что всё нормально. Я бы на месте инопланетян держался подальше от Земли.

О человеческих жертвоприношениях у шумеров.

Герда Лернер в своей монографии "Сотворение патриархата" рассказывает о о социальной структуре шумерского общества в раннединастический период, около 2500 г. до н. э. Ничего нового и ничего особенного она не сообщает, - у шумерских царьков той эпохи были точно такие же похороны с человеческими жертвоприношениями, как у их современников, северных варваров, носителей т. наз. ямной культуры (о том, что носители ямной культуры практиковали человеческие жертвоприношения, свидетельствуют исследованные в последние годы курганы Мергелевой гряды в Луганской области.)

"Для нас особенно интересны находки из царской могилы 789, принадлежавшей царю, чья личность не была точно установлена, и могилы 800, принадлежавшей царице Пуаби, которая, скорее всего, жила около 2500 г. до н. э. Её личность была установлена с помощью цилиндрической печати из лазурита, найденной рядом с её останками, на которой написано её имя. Во всех случаях тела цариц были найдены в каменной камере вместе с несколькими другими останками, предположительно прислугой. Важно то, что сотни других могил на кладбищах Ура не содержат свидетельств о человеческих жертвоприношениях; только царские. Также стоит заметить, что обе царицы погребены с прислугой, как и цари, что может указывать на то, что человеческой жертвы удостаивалось именно царское звание, и что в этот ранний период божественные качества могли приписываться и женщинам, и мужчинам.

В могилах 789 и 800 погребальные камеры расположены в конце глубокой ямы, которую сформировало массовое захоронение свиты усопшей. Тело царицы лежит на носилках; она похоронена в замысловатом головном уборе из золота, лазурита и сердолика, с изысканным золотым кубком в руке. Подле носилок скорчились две служанки; носилки окружены погребальными подношениями искусной работы по металлу и камню. Вулли предположил, что во время погребальной церемонии царица и её свита погребались первыми в самой глубокой камере, которую затем замуровывали. Вторая фаза погребальной церемонии происходила в яме, окружающей камеру — там жгли костры, проводили поминальный пир и приносили жертвы божествам. Потом в яму укладывались старшие из домашней прислуги и придворные. Наверняка происходила какая-то церемония, так как в яме захоронены и музыкантши, чьи руки так и покоятся на инструментах. Жертв, скорее всего, сначала отравляли или одурманивали, о чём свидетельствует чаша около каждого тела, после чего яму замуровывали и забрасывали землёй.

В могиле 789, принадлежавшей царю, были найдены скелеты шести солдат. Они, предположительно, служили стражами ямы и сопровождали четырёхколёсные повозки, запряжённые волами. В каждой повозке находится тело возницы в той же позе, как если бы он до сих пор правил волами. Напротив стены были найдены тела девяти женщин в изысканных украшениях; всего же вместе с царём нашли останки шестидесяти трёх женщин и мужчин.

Ещё одна могила, названная Великой ямой смерти, содержала тела шестидесяти восьми женщин в богатых украшениях и шести мужчин. Шесть стражников выстроились в ряд у входа; среди женщин — четыре арфистки и шестьдесят четыре придворные дамы с золотыми и серебряными лентами в волосах".

"Царские могилы в Уре рассказывают нам, что правящие царицы разделяли статус, власть, богатство и атрибуты божественности с царями. Но крайнее преобладание женских скелетов над мужскими среди захороненных вассалов также говорит об их большей уязвимости и зависимости в роли служанок", - делает заключение Герда Лернер.

Ну а я, для себя, сделал несколько иной вывод: поскольку простые могилы на кладбищах Ура не содержат свидетельств о человеческих жертвоприношениях, а только царские, надо полагать, что сии жертвоприношения являлись формой устрашения, запугивания, террора. Смысл сих погребальных ритуалов вполне прозрачен: смотрите, суки, не дай божок, царь умрёт прежде вас! тогда всех вас, блядей, похоронят заживо вместе с ним! а посему непрестанно хольте и лелейте его царское величество, всячески ублажайте его и потакайте всем его прихотям, ибо вы живёте, пока он живёт.  

Летопись Хаттусилиса I.

При чтении нижеследующей летописи (взятой из книги "Луна, упавшая с неба. Древняя литература Малой Азии". - М., "Художественная литература", 1977) мне представилась картина сорвавшейся с цепи пушки на корабле во время шторма. 

Эта "чушка" бьёт по бортам корабля, щепки и доски летят во все стороны, она всё вокруг ломает, калечит и убивает людей. 

****************************************************************************** 

Так говорит Табарна Хаттусилис, Великий царь, царь страны Хатти, человек города Куссара. В стране Хатти он царил, сын брата Тавананны. В город Санвитту он пошёл, но его не стал разрушать, а только опустошил область этого города. Я оставил своих воинов, чтоб они стояли постоем в двух местах этой области, и загоны для скота, какие были в тех краях, я отдал воинам, стоявшим там постоем.

Потом я пошёл походом на город Цальпу, и я его разрушил, и я взял его богов и три крытые повозки и отдал их Солнечной Богине города Аринны.

А изображение быка из серебра и серебряный кулак — знак власти — я отдал храму Бога Грозы. А остальные изображения богов, всего их было девять, я отдал храму богини Меццулы.

На следующий год я пошёл в город Алалху, и его я разрушил. Потом я пошёл в город Уршу, а из города Уршу я пошёл в город Иккали, а из города Иккали я пошёл в город Тасхинию. И на обратном пути из Уршу эти страны я опустошил и взял из них имущество, и дом свой этим имуществом я наполнил до избытка.

Цари — бараны (2).

В продолжение записи "Цари — бараны".

Очень интересно указание Страбона на обожествление вождей (царей) у негроидных племён, обитавших южнее Мероэ: «Большей же частью они почитают как богов своих благодетелей и царственных людей, причём царей считают общими спасителями и хранителями всего...» (XVII, 2, 3). При этом негры, - говорит И. С. Кацнельсон, - "усматривали прямую зависимость между физическим состоянием старейшины рода, племенного вождя, иногда жреца или царя и своим благополучием. «Судьба души богочеловека, согласно закону гомеопатической магии, оказывает сильнейшее влияние на жизнь всей природы. Всякий, хотя бы временный упадок сил у богочеловека, наступление старости, болезнь, всякая хилость и слабость его вызывают захирение в жизни природы, и прежде всего растительности. Это и объясняет, почему те первобытные народы, у которых существовал и существует институт священных царей, воплощённых богов, не дают этим богочеловекам умереть естественной смертью. Для того чтобы сохранить душу богочеловека в постоянном расцвете, они стараются переселить её в другого богочеловека до того времени, пока у предшественника стали появляться признаки упадка или старость» [Фрезер Д., Золотая ветвь, вып. 2, Табу — запреты, М., 1928, стр. 8]. Поэтому по истечении определённого срока, или по достижении определённого возраста, или при заболевании вождь или царь либо должен был кончать жизнь самоубийством, либо его убивали".

К примерам обожествления царя и его ритуального убийства, собранным Д . Фрезером, И. С. Кацнельсон добавляет и другие. "Так, по представлениям шиллуков, в новом царе перевоплощается первый царь Нииканг, герой и полубог. Поэтому избранник обязан блюсти ритуальную чистоту, подчиняясь определённым предписаниям и выполняя некоторые обряды. От него требуются и соответствующие высокому сану физические качества, ибо наступление слабости может отразиться на благе народа. Когда царь заболевал или старел, его убивали, дабы избежать возможных бед, например поражений на войне, эпидемии или голода. Только смерть носителя магической силы могла отвратить несчастья от царства. Продолжительность царствования свыше десяти лет, а в иных случаях даже лёгкий насморк могли привести к тому, что ближайшие родственники царя, как того требовал обычай, душили его или проламывали ему затылок. Подобные же верования и обычаи существовали и у племён фунга и нуба, которые, как известно, принадлежат к старейшему этническому слою Судана и в силу своей изолированности сохранили в наиболее чистом виде многие древние установления. Ограничивалась длительность правления царей у эве (Того). После устраиваемого специально праздника ямса, в котором принимали участие жрецы, знать и друзья обречённого, он должен был покинуть этот мир. Иногда дозволялось повторение праздника, но не свыше трёх раз. Ни в коем случае не должен был окончить жизнь естественным путём царь хунгве в Южной Родезии. Любая болезнь предопределяла его участь. Кроме того, каждые четыре года вопрошали оракула о дальнейшей судьбе обладателя трона, и, как правило, ответ гласил: он должен умереть. Четыре первых сановника удостаивались чести препроводить своего повелителя в лучший мир, что они дружно и осуществляли, накидывая ему на шею сыромятный ремень. Начинающего дряхлеть вождя или царя одного из племён баросуи убивали. Решение о его смерти принималось единолично его преемником. В новолуние специально выделенные для этого люди завязывали царю глаза, а затем душили. У другого племени этого же народа, обитающего в области Нуанетци, к югу от Хиби, царя убивали через пять лет после вступления на престол. Также в новолуние, обычно через четыре года после воцарения, умерщвляла главная жена своего царственного супруга — макона — правителя вахумбе (Зимбабве). Этому печальному событию предшествовали гадания на костях и по звёздам. Ритуальное убийство царя отнюдь не являлось отличительной особенностью одной лишь Африки. Например, в древнем Вавилоне ежегодно справлялся праздник Акиту (Загмук), заимствованный у шумеров. «В Вавилоне в историческую эпоху царь на деле занимал свой трон пожизненно, но теоретически он являлся как будто лишь однолетним царём. Каждый год в праздник Загмука царь должен был обновлять свою власть... Даже когда Вавилон перешёл под власть ассирийцев, ассирийские монархи должны были каждый год узаконивать свои права на трон, являясь в Вавилон и совершая древнюю церемонию в праздник нового года... Кажется, что в более отдалённую эпоху, т. е. до исторического времени, цари Вавилона или их варварские предшественники должны были приносить в жертву не только свою корону, но и жизнь по истечении года царствования»."

Можно ли назвать патриархальной систему политической власти, при которой цари, как бараны, идут на убой? — Нет, это не патриархат. Это — теократия. А при теократическом правлении сакральная власть находится в руках жрецов (или жриц), которые являются "ретрансляторами" Божественной воли, "проводниками" Божественного законодательства. Патриархат начинается позже, когда цари узурпируют власть и устанавливают самодержавие. Именно о таком перевороте сообщает Страбон: «В Мероэ издревле самое высокое положение занимали жрецы, которые иногда даже через вестника приказывали царю умереть и назначали на его место другого. Впоследствии же один из царей уничтожил этот обычай; он напал с вооружёнными людьми на святилище, где находился золотой ковчег, и перебил всех жрецов» ( Strab. XVII, 2, 3). Вот это уже настоящий патриархат!

О кандакиях — нубийских царицах-матерях.

В продолжение записи "Царицы (кандакии) Кушитского государства".

Посмотрим, что пишет И. С. Кацнельсон в своей монографии "Напата и Мероэ — древние царства Судана" («НАУКА», М., 1970). Ещё Б. А. Тураев отмечал «первобытный характер» роли, отводимой царице, матери царя нубийского государства.

Судя по всему, избрание нового царя происходило у нубийцев при участии войска и оракула Амона. И. С. Кацнельсон приводит ближневосточные аналогии: "Так, в Аккаде, в городе Кише, во второй половине III тысячелетия до н. э. народное собрание избирало царя или, во всяком случае, его утверждало: «На площади Энлиля, на поле, принадлежащем Эсхабаду, храму Гулы, собрался Киш, и Ипхуркиша, мужа из Киша, они вознесли на царство» [1].

В XI в. народное собрание израильских племён избрало царями Саула (1 Кн. Ц. 8, 4—5; 13, 13— 14) и его преемника Давида (2 Кн. Ц. 5, 1—2), а затем и Иеровоама [2]. И, видимо, оно было правомочно сместить царя, так как Саул постоянно опасался этого [3]. Большую роль при избрании первого израильского царя сыграл оракул.

А. Б. Ранович отмечает, что в титуле набатейских царей стояли слова rhn’m’, соответствующие греческому philodemos. Эти цари подчёркивали, что источником их власти является народ.

Подобного рода примеры можно умножить: сведения об избираемости царей и вождей и о роли народного собрания в изобилии содержатся и у древних авторов и в раннесредневековых хрониках, где говорится о строе древних германцев.

Однако наиболее близкие аналогии тому, что нам известно об избрании царей в Куше, можно найти у соседних африканских народов.

В Абиссинии совет знатнейших обычно определял, кто из сыновей царя достоин ему наследовать. Особенно близки кушитским, хотя и более примитивны, обычаи, связанные с избранием нового царя, у нилотских племён, например у шиллуков. Фактически избирают царей четыре-шесть старейшин, однако каждый может высказать (и высказывает) своё мнение. На тайном совещании старейшины окончательно определяют имена кандидатов. По их числу берут камешки и бросают в огонь. Считается избранным тот претендент, чей камешек в костре приобретает красный и белый обжиг".