Айны и чудь белоглазая.

Кажется, "во время оно" на территории Японских островов тоже проживала "чудь белоглазая". 

Многие исследователи культуры айну (Дж. Бэчелор., С. Цубои, Б.О. Пилсудский, Л.Я. Штернберг) в разное время и от разных информантов записывали т. н. легенду о цорпок-куру. В самом обобщенном виде легенда о цорпок-куру выглядит следующим образом: когда айну пришли на Хоккайдо/Сахалин, то они столкнулись с народом, живущим в землянках и изготовляющим керамическую посуду. Представители этого народа были невысокого роста (в легендах по всему северу России, на Урале и в Сибири часто их описывают как низкорослый народ) и внешне не сильно отличались от айну, также как и айну охотились на сухопутных и морских зверей и ловили рыбу. Кроме того, имели обыкновение похищать айнских женщин, из-за чего айну стали вести с этим племенем войны и, в конце концов, вынудили его покинуть Хоккайдо/Сахалин.

На Хоккайдо это мифическое доайнское племя называлось цорпок-куру, на Сахалине – тонци.

Мы знаем, на каком-то этапе «чудь ушла под землю», и то же рассказывают про цорпок-куру. Чудь всегда описываются как язычники, яростное нежелание принимать новую веру указывается как одна из основных причин, заставившая их уйти под землю.

Когда начались серьезные исследования айну, а также археологические исследования культуры Дзёмон, то антропологи неоднократно расспрашивали айну о происхождении котлованов, оставшихся от землянок, керамики и каменных орудий, и в ответ получали легенду о цорпок-куру.

Женщины-вожди айнов.

В книге Ч. М. Таксами и В. Д. Косарева "Кто вы, айны?" (М., "Мысль", 1990) говорится, что "первые, очень неясные упоминания об айнах есть в китайских памятниках, описывающих раннюю историю Японского государства и окружающих племён. Этноним айну здесь ещё не встречается, зато часты упоминания о «волосатых дикарях», «мохнатых варварах» и «свирепых разбойниках» эбису, или эмиси, которых японская историческая традиция чаще всего и отождествляет с древними айнами или по крайней мере с их предками. Кроме того, среди «варваров» называют цутикумо, кудзу; яцукахаги, а также нисимоно, равнинных и горных сажи, наконец, хита, или хина. По всей видимости, это названия родоплеменных образований. Определить с достоверностью, кто из них имеет отношение к древним айнам,— задача, видимо, невозможная, так как они смешиваются с кумасо и позднейшими хаято, т. е. с древним индонезийским компонентом.

Аборигены подвергались жесточайшим преследованиям, как правило, избиению. Вот образчик их наказания, который даёт «Бунго фудоки». Некий японский «царь» приказал своим вассалам нарубить деревьев, наделать из них дубин и, напав на цутикумо, всех перебил. «Текущая кровь была до лодыжек». «Варвары», как сообщается в древнеяпонских хрониках, скрывались в горах и лесах, жили в пещерах или в «земляных норах», делали деревянные укрепления, были воинственны и «противились приказам». Среди вождей кудзу и цутикумо нередко встречались женщины. Встречающийся в фудоки сюжет: приезжий завоеватель женится на местной богине (ками — возможно, предводительнице племени) — говорит о том, что не всех «варваров» истребляли, часть их неизбежно ассимилировалась.

К этому можно добавить, что русский исследователь П. Я. Штернберг писал об айнах как о единственной народности Дальнего Востока, у которой сохранился материнский род.

Group of Ainu people, Japan. Группа народа айну, Япония.

Японский минимализм.

Диана Кикнадзе в своей монографии "Тёмная сторона средневековой Японии. Оммёдзи, мстительные духи и жрицы любви" в разделе "Жизнь простолюдинок в хэйанскую эпоху" пишет о том, как заключался брак в японской деревне с 794 по 1185 год – будущий муж останавливался напротив понравившейся ему девушки и тыкал пальцем ей в грудь. Так он сообщал ей и окружающим о своём выборе.

Мне не верится, что такое возможно. Это выглядит не по-человечески. Невольно вспоминается сентенция Варрона: «Теперь я буду говорить, какими орудиями труда обрабатываются поля. Эти орудия бывают трёх видов: говорящие — рабы, мычащие — быки, немые — повозки, лопаты, плуги». Впечатление таково, будто одна японская лопата показывает своим черенком на другую лопату.

Японский иероглиф 巫.

Мико (巫). Согласно Уильяму П. Фэйрчайлду, этот иероглиф символизирует небо и землю, соединённые между собой связью. Между небом и землёй расположены два человека. Первоначально этот иероглиф изображал небеса и землю с двумя руками и двумя танцующими фигурами. 

При этом, конечно, надо иметь в виду древних мико-шаманок, а не современных мико-прислужниц в синтоистких храмах, которые к шаманизму не имеют никакого отношения.

Современные мико.

Итак, иероглиф 巫 символизирует небеса, землю и танцующих людей между ними. И этот иероглиф  означает «медиум/шаман».

Небеса и земля — это две параллельные линии в иероглифе, представляющие "верхний мир" и "нижний мир". А вертикальная линия, соединящая миры, представляет собой не что иное как Мировое древо. Вот оно в древнеегипетском исполнении:

Гробница царицы Нефертари (QV66). Погребальная камера. Западная пристройка. Фрагмент внутренней восточной стены, изображение столба джед, который держит по скипетру уас в каждой руке.

Ещё немного о "священной проституции".

Уильям П. Фэйрчайлд, говоря о женском шаманизме в Японии, заметил, что "главами святилищ часто становились женщины-шаманы, и в эпоху Хэйан чиновники охотно брали богатых шаманок в качестве вторых жён".

Очевидно, в древности святилища (по крайней мере некоторые, самые популярные) являлись своеобразными "аккумуляторами". Как правило, люди приходили туда не с пустыми руками. Надо же как-то отблагодарить шаманку за прорицание или изгнание злых духов. 

И вот что интересно: "с самых первых дней женщины-шаманы были связаны с проституцией. Вокруг святилищ возникали бордели, и многие обитатели этих борделей оказывались шаманками".

Согласно Уильяму П. Фэйрчайлду, "похоже, что это вырождение первоначальной идеи «жены на один день», которая представляла собой религиозный обряд, дающий человеку возможность вступать в контакт с богами посредством половых контактов с шаманкой". 

Интересно, очень интересно... Под этим углом зрения можно взглянуть и на кедешей Астарты, про которых тоже говорят, что они "давали" мужчинам.

По словам Уильяма П. Фэйрчайлда, шаманки-мико "рассказывали прошлое и будущее, говорили больным, какие проклятия пали на них, каким богам следовало поклоняться и почитать, какие лекарства использовать, в каких направлениях идти, чтобы найти лекарей и т. д. Они действовали как будды, которые овладевали ими, давая разные сведения и советы".

Слепые женщины-медиумы итако.

В Японии, до буржуазной Реставрации Мэйдзи в 1868 году, в северо-восточном районе острова Хонсю, слепые женщины из поколения в поколение передавали традиции общения с духами мёртвых. Женщин этой категории называли итако.

Вангу тоже можно назвать итако.

Исследования указывают на то, что итако (или похожие на них медиумы) существовали ещё во времена доисторической Японии – тогда во главе многих деревень стояли женщины-шаманы. 

Уильям П. Фэйрчайлд в своей монографии "Шаманизм в Японии" сообщает о том, что на краю северо-восточной оконечности главного острова Хонсю имеется  пугающая гора под названием  Осорэ-яма. Эта гора много лет считается обиталищем мёртвых [1]. Легенда гласит, что тамошний храм был построен около 1500 лет назад. Каждый год между двадцатым и двадцать пятым июля, тысячи людей отправляются на гору, чтобы пообщаться с мёртвыми. Примерно тридцать итако отправляются на гору и выполняют там ритуал сикути. Они раскладывают на земле рядом с храмом циновки, садятся на них и выступают посредниками между живыми и мёртвыми. Итако выступают медиумами между духами мёртвых и живыми людьми. Итако задаёт клиенту несколько вопросов, таких как дата смерти, пол умершего, возраст на момент смерти и обстоятельства этой смерти. Затем бормочет и напевает специальные литания и молитвы, чтобы призвать душу покойного. Когда душа является, молитвы сменяются словами этой души. Важно то, что итако говорит странными голосами, становится возбуждённой и немного безумной, а кроме того входит в экстаз, дрожа всем телом и покачиваясь.

Здесь можно провести параллель с крито-минойской культурой и вспомнить, что критяне совершали паломничества в пещеры ("ямы") на святых горах. Пещера это как бы мост, портал в иной мир, граница смерти и жизни. 

Интерьер пещеры Психро (Диктейская пещера). Крит.

Труп бога.

В Японии почитали множество богов и богинь, и чем древнее, тем больше было божеств, так как "во время оно" небеса и земля всё ещё располагались близко друг к другу. По сути, в те времена копья и стрелы можно было довольно легко бросать туда и обратно между небом и землёй, чтобы использовать для доставки сообщений. Говорят, некий бог был убит одной из таких стрел, которую пустили в небо. Плач его жены и детей услышали на небесах, другой бог спустился и вернул труп  обратно на небо. 

О практике чернения зубов.

Asakusa Sisters считают, что чернение зубов у японских женщин являлось наследием матриархата 📚

"Многим знакомы гравюры гейш с чёрными зубами.

Читая статью про "каака тэнка" — женщин-матриархов в японских семьях, мы наткнулись на упоминание удаления зубов в декоративных и социальных целях у древних людей. Больше половины черепов с такими "модными" дефектами вплоть до 5-6 веков — женские. По предположениям археологов, такие отметки носили не просто модный характер, а помечали глав семейств и людей с высоким социальным статусом в обществе. 

Обычай «чёрных зубов», по-видимому, появился примерно в начале периода Хэйан (794–1185) [1] и считался разновидностью обычной практики удаления зубов, но более экологичной. В это время развитие общества поднялось на более высокий уровень, поэтому зубы не удаляли, а просто красили, имитируя их удаление. Уже в этот период в гробницах находят глиняные фигурки с чёрными зубами.

Считается, что этот обычай был завезён в Японию через Китай и Корейский полуостров, и использовался людьми высшего сословия.

Довольно долго чернение проводилось одновременно с хикимаю – сбриванием бровей с их последующим рисованием заново

Людоедство в неолитической Европе: факт или вымысел? (17)

Р. С. Васильевский в своей книге "По следам древних культур Хоккайдо" (Новосибирск, 1981) говорит, что японская археология началась с раскопок раковинной кучи Оомори в долине Канто на острове Хонсю. Раскопки эти были проведены в 1877 году американцем Эдуардом Морзе (или Эдвард Морс).

"Обнаруженные при раскопках вещи произвели большое впечатление на японскую общественность, так как по характеру и форме превосходно сделанные каменные наконечники копий и стрел, ножи и скребки, изящные глиняные сосуды Оомори не имели ничего общего с известными до сих пор в Японии находками.

Открытый археологический памятник, несомненно, был более ранним, чем уже известные айнские или средневековые японские поселения. Эдуард Морзе установил, что кучи раковин в Оомори оставили люди, жившие не менее трех тысяч лет назад. Он обратил внимание на изящные глиняные сосуды, украшенные веревочными оттисками. В своем отчете о раскопках Эдуард Морзе назвал этот узор «cord mark» — «веревочный штамп», что эквивалентно японскому «дзёмон» — узор, напоминающий витую веревку. Позже этот термин получил широкое распространение в археологической литературе. Так стала называться не только керамика, украшенная веревочным узором, дзёмон доки — керамика дзёмон, но и неолитические культуры Японии, для которых она характерна.

Полевые археологические раскопки, успешно начатые в Японии Эдуардом Морзе, в 1879 году продолжили молодые японские археологии Сасаки Тюдзиро и Хадзита Индзима. Они исследовали раковинную кучу Окадайри и обнаружили вещи, во многом аналогичные находкам в Оомори. Эти изделия тоже сопровождала керамика дзёмон. И тогда встал вопрос об этнической принадлежности обитателей открытых поселений. Кому принадлежали каменные орудия и глиняная посуда оставленные в насыпях раковин моллюсков? Кто они? Предки айнов или какой-то другой народ?

Эдуард Морзе попытался дать ответ на этот волнующий японцев вопрос. Но древнее поселение в Оомори преподнесло неожиданный сюрприз. Вместе с черепками глиняных сосудов и каменными орудиями здесь нашли человеческие кости. Причем они были расколоты так, как обычно разбивают кости животных, чтобы достать костный мозг. Это дало повод Эдуарду Морзе высказать мысль о том, что на стоянке в древности жили племена людоедов. А так как ни айны, ни собственно японцы никогда не были каннибалами, к тому жe материалы раскопок отличались от обычных айнских и японских вещей, он выдвинул гипотезу о принадлежности раковинных куч Оомори неизвестным доайнским племенам, назвав их протоайнами".

О патриархальной идеологии в Японии.

"Японское государственное законодательство поддерживало патриархальную и гетеронормативную (ре)продуктивную идеологию и регулировало (ре)продуктивные органы с эпохи Мэйдзи (1868–1912). Женская (ре)продуктивность стала частью стратегии социальной инженерии национального государства. Например, лозунг ryōsai kenbo (хорошие жёны и мудрые матери) культивировал потребность женщин рожать сыновей, которые вырастут, чтобы стать солдатами и, в конечном итоге, поддержать рост империи, и дочерей, которые станут, как призывал лозунг 1930-х годов, umeyo fuyaseyo (плодиться и размножаться)", - пишет Kazue Harada в своей монографии "Sexuality, Maternity, and (Re)productive Futures. Women’s Speculative Fiction in Contemporary Japan" (Published by Koninklijke Brill nv, Leiden, The Netherlands. 2022. Р.4).

Хм, выходит, что японское государство стимулировало женскую рождаемость отнюдь не для процветания японской нации, а для создания "Великой восточноазиатской сферы сопроцветания". То есть для выкачивания ресурсов из Восточной Азии и обогащения японского правящего класса.

Японская империя в 1942 году

 

Все погибшие на Тихом Океане во время Второй Мировой японские корабли.

В конечном итоге оказалось, что японское правительство стимулировало производство "дров" или "поленьев" для использования их в топке войны. 

Японская мифология: две картины на одном полотне.

"Первое, что бросается в глаза в древнейших текстах Японии, - говорит А. Г. Дугин, - это выдающееся значение женского начала и яркие следы матриархального культа.

Японка.

Специфику мифологического ядра, вокруг которого строится Синто, можно описать как горизонтальную и жёстко конфликтную эквиполентность между двумя началами:

• мужским, патриархальным, воинственным и солярным, связанным с Ямато, с небесным миром (отсюда термин тэнсон — «внуки Неба» как самоназвание аристократических родов и жителей в целом) и с восточным регионом острова Хонсю (Кинки — современная префектура Нара), с одной стороны, и
• матриархальным, хтоническим и морским (подводным), экстатически-шаманистским женственным и западным регионом Хонсю, Идзумо (и племенем идзумо).

Ама.

"Самую радикальную версию морского матриархата представляют собой японский народ ама (яп. 海人, あま — дословно «морские люди»), занимавшийся в течение двух тысячелетий одним и тем же ремеслом—добычей морских раковин (символизм раковин тесно связан с женским началом). Народом ама управляли женщины-жрицы, и среди него сохранились законы матриархата (например, женщины сами выбирают себе мужей и т.д.). Народ ама изначально населял южный регион острова Кюсю, а также различные области Хонсю и архипелаг Рюкю, будучи распространённым по всему побережью Японии — вплоть до северных областей. Ама поклонялись водным драконам и морским богам (Вататуми, Сумиеси). Кроме того, женщины-жрицы ама были носительницами древних сакральных традиций, практик, легенд и мифов (сказители катарибэ восходят именно к этому племени), а также исполнительницами многих ритуалов. Вероятно, женщины ама были прообразом женского жречества, сохранившегося в Синто и играющего в его ритуалах ключевую роль" (Цит. по: Дугин А. Г. Жёлтый Дракон. Цивилизации Дальнего Востока. Китай. Корея. Япония. Индокитай. — М.: Академический проект, 2018. С. 292).

Обнажённая ныряльщица за моллюсками (1931 г.). Художник Такахаси Хироаки

Как сообщает Википедия, некогда женщины-ныряльщицы "Ама зарабатывали больше квалифицированных рабочих, больше служащих, врачей". Я полагаю, что именно отсюда — матрилокальные браки, право женщин самим выбирать себе мужей. Для женщины самодостаточной "выходить замуж" звучит нелепо. Это значит поменять успешную жизненную стратегию на роль прислуги в доме мужа.

О сакральном матриархате в Японии.

В незапамятные времена на южных островах Японии поселились какие-то малайско-полинезийские племена. Они относились к австронезийской языковой группе и, возможно, являлись северным ответвлением более широкой тихоокеанской экспансии австронезийцев.

Скорее всего, именно они стояли у истоков земледельческой (рисоводческой) культуры Яёй. Надо отметить, что когда на базе этой культуры "завязалось" государство, оно имело черты сакрального матриархата. Это государство, видимо, располагалось на самом южном острове японского архипелага — Кюсю. В китайской хронике «Вэйчжи» III века по Р.Х. имеется упоминание о наличии у «народов ва» (японцев) своего государства Яматай, где правила жрица Химико. Химико правила с помощью чар, никогда не показывалась на людях, ей прислуживал один-единственный мужчина и 1000 служанок. После её смерти верховной жрицей-царицей избрали её племянницу Toe, а во время похорон умертвили тысячу рабов. (См.: Кюнер И. В. Китайские известия о народах Южной Сибири, Центральной Азии и Дальнего Востока.) Среди этого пласта малайско-полинезийского происхождения преобладали культы, в центре которых стояли женщины-шаманки (мико, синаномико, итако или мономоти [1], что является часто встречающимся отличием тихоокеанских культур малайской ойкумены, - говорит А. Дугин.

Матриархат в государственных формах — это, конечно, "бяка". Левиафан, даже если он в женской юбке, — это всё то же "чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй". Однако примечательно, что самые древние формы государственности в Японии мало чем отличались от теократического правления. Такого рода правление может существовать и без государства, на уровне одной деревни. Для этого необходим лишь культ с женщинами-шаманками, и всё.  

-----------------------------------------------------------------------------

[1] Мономоти — одержимые духом (моно) лисы, барсука или змеи—могли быть и мужчинами.

Японское ведовство как "осколок" первобытного шаманизма.

"В Японии примерно сто тысяч синтоистских святилищ: от огромных храмовых комплексов, где служат целые династии священников, до «часовенок» размером со скворечник, посвящённых безымянным ками ручьёв и полей.

Богов там, в общем, тоже немало. Сами японцы говорят, что ками у них бесчисленное множество.

Однако среди этого множества есть одно божество, стоящее особняком. Ему посвящены тридцать две тысячи святилищ из этих ста – каждое третье, во много раз больше, чем любому другому. Ему возносят молитвы рыбаки и кузнецы, актёры и проститутки. Его алтари стоят во дворах средневековых замков и на верхних этажах офисных небоскрёбов. Оно считается небесным покровителем нескольких крупных японских корпораций.

Одним словом – оно ещё популярнее в Японии, чем Богородица в России, и во многом занимает примерно то же место в религиозном воображении.

И при всём том оно не упоминается ни в одном из «официальных» синтоистских мифов и даже не имеет устоявшегося облика.

Это Инари.

Инари – в некотором роде покровительница колдунов.

Дело в том, что ещё в глубокой древности она как-то незаметно стала ассоциироваться с лисами. Лисы, особенно белые – священные животные Инари, её вестники и слуги.

Женские тату Окинавы и «Религия Богини».

В статье "Хадзити: женские тату Окинавы" говорится об острове Окинава и государстве Рюкю, существовавшем на этом острове и островах Рюкю в XV-XIX веках. Связи с соседним Тайванем, дальними островами Самоа или Палау, могли повлиять на распространение культуры татуировок с южного направления. Хотя, если мы обратим взор на северную часть Японии и проживающую там народность айну, мы увидим, что среди них также был распространён обычай татуирования рук у женщин. По последним данным, люди проживающие на юге (Окинава) и на севере (Хоккайдо) Японии имеют между собой генетическую связь, поэтому возможно предположить, что в древней Японии обычай татуировать руки у женщин существовал повсеместно, однако позднее был вытеснен на южные и северные оконечности страны далёкими и весьма воинственными предками современных японцев.

Женские татуировки народа айну (север Японии).

О японском шаманизме.

Японский шаманизм, каким мы его знаем на сегодняшний день, это прежде всего техника одержимости духами умерших, практикуемая почти исключительно женщинами. Согласно Маттиасу Эдеру, к главным действиям шаманок относятся следующие: "1) Они делают так, что душа умершего приходит с того света. В простонародье тогда говорится о шиникучи, что можно перевести как "уста умершего". Когда они делают так, что издали приходит дух человека живого, тогда говорят о икикучи, то есть "уста живого". 2) Они информируют спрашивающего о будущем счастье и несчастье; народное название этого действия — камикучи, "уста бога". 3) Они изгоняют болезни и другие несчастья, а также занимаются религиозным очищением. 4) Они спрашивают у своего бога название лекарства, которое следует употребить против определённой болезни. 5) Они находят пропавшие предметы. Чаще всего у шаманок просят вызвать дух умершего и души лиц, живущих далеко, а также предсказать хорошую или плохую судьбу. Души, вызванные с того света, — это чаще всего души родственников, любимых и друзей".

Многие японские шаманки слепы от рождения. Когда душа умершего, согласно верованиям, говорит голосом шаманки, последняя играется бусами из жемчужин или луком. Обучение будущей шаманки происходит под руководством инструкторши и длится от трёх до семи лет. Заканчивается оно бракосочетением девушки с её богом-покровителем. В некоторых районах посвящение включает также изнурительное физическое испытание, после которого неофитка падает на землю, теряя сознание. Её реанимация отождествляется с «рождением» (танндзё), и девушка надевает свадебное платье. Мистическое бракосочетание шаманки с духом-покровителем является, очевидно, весьма древним обычаем. "Боги женщины-духи" (микогами) засвидетельствованы уже в Кодзики, Нихонги и других древних источниках; это боги, "в которых саму женщину-духа (то есть шаманку) чтят как богиню, а позже так же чтят и богов, рождённых от брака женщины-духа с богом. Этих женщин-духов называют также "Божьей Матерью" или "Святой Матерью". В Энгишики список богов, чтимых в святых местах, включает длинный перечень "богов женщин-духов", микогами. Кроме этих богов-духов, официально служащих своим богам в святых местах, существовали и частные "супруги на одну ночь" (ичиятсума), партнёром которых был "блуждающий бог" (маребито), наносящий им визиты. Последние, как характерный признак своего особенного положения, прикрепляли на крышах своих домов стрелу, украшенную белыми перьями. Когда бог вызывал женщину, чтобы она служила ему на его алтаре, она приносила сосуд с рисом (мешибитсу — чтобы сохранить тепло варёного риса; именно из этой посудины рис подаётся в чашки на столе) и сковородку, то есть утварь, подобную той, которая должна быть в приданом молодой жены. Ещё не так давно совокупление между жрецом алтаря и женщиной-духом составляло часть программы её посвящения. Таким образом себя проявлял бог".

Это бракосочетание с богами напоминает обычаи шаманок саора, с той лишь разницей, что в Японии мы не находим столь интенсивного личного экстатического опыта, как у саорских девушек. По-видимому, в Японии супружество с богом-покровителем является следствием скорее институции, чем личного предназначения. Некоторые другие элементы не вписываются в структуру женской магии — например, лук и конь. Всё это склоняет нас к убеждению, что мы имеем дело с гибридной и поздней фазой шаманизма. С другой стороны, «женщин-духов» микогами и некоторые связанные с ними ритуалы можно сравнить с характерными чертами матриархата: владычицы территориальных государств, предводительницы рода, матрилокальное бракосочетание, "бракосочетание с духом" (бесучече), матриархальный род с родовой экзогамией и т. д..

Источник -  ЛитМир - Электронная Библиотека > Элиаде Мирча > Шаманизм. Архаические техники экстаза > Стр.105

К определению понятия "матриархат".

"Вспомним легендарную загадочную императрицу Химико, которая сыграла значительную роль при объединении страны (государство Ямато) в 3 веке до н.э. её часто называют колдуньей. Мужа она не имела. Прислуживали ей только женщины, и лишь один мужчина имел право контактировать с ней, входил и выходил из дворца, передавая народу её слова. Так же упоминается брат, помогавший ей править. При погребении Химико было убито около 1000 слуг и рабов. После её смерти так же была избрана императрица-шаманка, 13-летняя родственница.

Перед нами предстаёт образ символа, шаманки, которая олицетворяла собой сакральную власть. Светской властью заведовал, скорее всего, мужчина, стоящий в кровном или священном родстве с ней", - сообщает Марина Урванова в статье "Медведи и их «леди»".

Здесь я усмотрел ещё один повод расставить все точки над "i" в определении того, что такое матриархат. 

На примере японской императрицы-шаманки Химико мы видим, что матриархат возможен лишь там, где имеет место быть сакральная власть. 

Это можно отчасти сравнить с властью папы римского в эпоху Средневековья. Конечно, сильные мира сего - короли, цари, князья и прочие "тузы" - на каждом шагу нарушали законы человеческие и божеские, однако же все они находились внутри христианской парадигмы мышления (или, если угодно, внутри христианского Мифа), которая задавала высокие образцы поведения. И вот, бывало так, что всесильные императоры смиренно преклоняли свои гордые шеи и клялись впредь быть "хорошими и послушными мальчиками". 

Император Генрих IV у ног папы Григория VII

Примерно то же самое мы наблюдаем и в матриархальном обществе. Существующий в рамках этого общества Миф определяет, "что такое хорошо и что такое плохо". Конечно, власть может оказаться в руках узурпаторов, которые "постоянно сыто-пьяно и плеванто на законо", но эти "бандито-гангстерито" воспринимаются обществом как стихийное бедствие, которое надо пережить. А нормальный правитель всегда выступает как исполнитель воли Божией. 

То есть, матриархат - это мифологема, стремящаяся к воплощению в реальную жизнь. Ей противятся разрушительные силы хаоса. Поэтому земные воплощения этой небесной идеи не везде и не всегда получаются. Частенько выходит по-Черномырдину: "хотели как лучше, а получилось как всегда".

Японские «женщины моря» и крито-минойские осьминоги.

Самыми знаменитыми (ну или как бы сейчас сказали «раскрученными») ловцами жемчуга в истории считаются японские «женщины моря» - Ама.

И вот что примечательно: Ама всегда были независимыми и занимали в своей семье не подчинённое, а лидирующее положение, ведь именно женщины-ныряльщицы считались кормильцами семьи. Им за столом подавалась первая чашка риса, более того — по традиции женщина-ама сама могла выбрать себе мужа. Правда, при этом заботы по дому с них никто не снимал.

Значит, матриархат обусловлен тем, что женщины - так, или иначе - выходят на "плато" самодостаточности, и это положение позволяет им, скажем так, проводить независимую (от мужчин) политику. 

Я полагаю, что хозяйственно самодостаточная женщина - это лишь один из вариантов, приводящих в конечном итоге к матриархальным отношениям в семье. Другой вариант - молодая и сексапильная женщина, благосклонность которой мужчины стремятся заполучить ухаживаниями и служением, по типу рыцарского. Третий вариант - ведунья, авторитет которой покоится на чувствах благодарности и почтения за исцеление, страха перед сверхъестественным. 

Крито-минойцы не ели священных коров?

Прочитал сегодня утром в ленте новостей:

"Япония в XIX в. была ещё более закрытой, ещё более ксенофобской, ещё более средневековой страной, чем Китай. Однако, подписав договор об открытости для европейцев примерно в то же время, что Китай, она - в отличие от него - прыжками рванулась к вестернизации.

Одной из причин было мясо. После визита "чёрных кораблей" Перри японцы были неприятно удивлены ростом и силой американских матросов. "Мясо едим!" - отвечали им. А японцы уже много веков почти не ели мяса, кроме добытого на охоте, а говядины не видели вовсе. И император Мэйдзи не только снял ограничения на мясо, но и почти принуждал подданных есть говядину. Такие реформы японцам понравились".

Интересно, а как насчёт говядины в пищевом рационе крито-минойцев? Ели они мясо, и чем они вообще питались? Кажется, говядина была для них табу.   Судя по их "осиным" талиям, они, подобно мужским особям комаров, питались только растительными продуктами.

The Musician Fresco from the Aegean island of Andros

Мико — божьи девы в Японии.

"Мико (яп. 巫女) ж., нескл. — служительницы синтоистских храмов в Японии. В современном синтоизме мико помогают в проведении храмовых обрядов и осуществлении брачных церемоний, исполняют ритуальные танцы, занимаются гаданиями-омикудзи и просто поддерживают чистоту и порядок в храмах. Только незамужние девушки могут служить в качестве мико. Иногда в качестве мико подрабатывают студентки, особенно во время мацури (храмовых праздников-фестивалей), которые порой растягиваются на несколько недель. 

В древности мико вводили себя в транс исступлённой ритуальной пляской кагура (прообраз которой можно найти в мифе о том, как выманивали укрывшуюся в пещере богиню Солнца Аматэрасу-но Оомиками), которая должна была привлечь внимание ками (божества), который снисходил в тело шаманки. В таком состоянии мико совершали предсказания от имени богов, лечили болезни, давали советы политическим деятелям. Принято считать, что мико были девственницами, хотя доказательств тому нет. Скорее всего, девушки служили в храмах лишь до замужества, после которого оставляли службу и переключались на домашнее хозяйство" (из Википедии). 

Так как "мико имели большое влияние на элиту правящего класса, в период Нара (710-794 гг) и Хэйан (794-1185) правительственные чиновники пытались контролировать практику мико. Иногда официально запрещался ввод в транс. Во время периода Камакура (1185-1333) мико нищенствовали, приходилось подрабатывать проституцией. В период Мэйдзи (1868-1912) практика шаманских ритуалов была поставлена вне закона", - сообщается в статье "Японские традиции. Мико - служительницы синтоистских храмов".