Происхождение экзогамии и гостевых браков.

Вспомним ещё раз, что "первобытный человек жил небольшими семейными группами, состоявшими из взрослого самца и его жены (или, если он был силён, нескольких жён), которых он ревниво оберегал от сексуальных притязаний всех остальных самцов. В такой группе отец остаётся вождём или патриархом до конца своих дней, а единство семьи держится на общем подчинении ему. Что касается детей, то дочери, повзрослев, пополняют число его жён, тогда как сыновей изгоняют из дома, как только они достигают возраста, в котором начинают представлять для отца угрозу как сексуальные соперники".

C. Gasquoine Hartley в своей монографии "The Position of Woman in Primitive Society: A Study of the Matriarchy" приводит интересную цитату из работы мистера Аткинсона [1]:

«При каждом новом изгнании сыновей ревнивым патриархом чувства и инстинкты матери подвергались всё более тяжким испытаниям и оскорблениям. Её отчаянные попытки удержать хотя бы последнего, самого младшего ребёнка, вероятно, были ещё более сильными, чем в случае с первенцем. Чрезвычайно важно отметить, что шансы на успех в такой ситуации были бы значительно выше. Когда этот последний и самый любимый сын приближался к юношескому возрасту, нетрудно догадаться, что патриарх уже достигал того возраста, когда пыл страсти несколько угасал; к тому же его гарем — за счёт присутствия множества взрослых дочерей — разрастался до таких размеров, что это могло оказаться непосильной нагрузкой для его некогда бурной сексуальной энергии. В подобной исключительной ситуации, когда великая материнская любовь вступала в борьбу с — пусть и временно — утолённой страстью отца, мы можем усмотреть ключ к решению занимающей нас социологической проблемы: как стало возможным сосуществование двух взрослых мужчин в рамках одной группы».

И далее Кэтрин Хартли, комментируя мистера Аткинсона, пишет:

"Действие «первобытного закона», сформулированного г-ном Аткинсоном, порождает множество интересных вопросов. Его теория предлагает решение давней проблемы происхождения экзогамии — термина, впервые введённого г-ном Мак-Леннаном в работе «Первобытный брак» для обозначения правила, запрещающего половые связи внутри собственной группы. Воздержание, которое патриарх навязывал своим сыновьям внутри группы как условие их пребывания в ней, неизбежно и логически вело к браку за её пределами — с женщинами из другой группы. Это объяснение экзогамии столь просто, что представляется весьма вероятным".

Ну, это "простое объяснение" кажется таковым лишь на первый взгляд. Если в первобытной семье А отец изгонял своих сыновей, то, спрашивается, почему изгнанный сын должен был непременно идти в семью B? Ведь он мог бы пойти и в семью C, и в семью D, и в семью E... вообще в любую семью, где есть дочери брачного возраста. Но, на самом деле, согласно экзогамным правилам, первобытное население той или иной местности делится на два класса, или секции, причём мужчина, принадлежавший к классу А, может брать жену только из класса B, а не C, или D. По наблюдениям этнографов, у матрилинейных племён восточной Австралии экзогамные правила почти никогда не нарушались. Аборигены не помнили таких случаев, но если это происходило, то, по их словам, мужчину, убивали, а женщину били и кололи копьями почти до смерти. 

Другой вопрос задаёт сама Кэтрин Хартли: "каким образом патриарх согласился терпеть присутствие молодых пришельцев, посягавших на его половые права в отношении дочерей?" Если в наше время к мужчинам-"примакам" относятся неодобрительно, то что же говорить про первобытное общество?! Я боюсь, как бы патриарх-тиран не сожрал этих "блудных сыновей", зажарив их живьём на вертеле.

Кэтрин Хартли полагает, что это нововведение — появление в группе молодых мужей — было инициировано женщинами вопреки ведению и воле патриарха. У первобытных племён распространён обычай, свидетельствующий о том, что такие «чужие» женихи тайно посещали своих избранниц. Имеется в виду практика, при которой супружеская близость осуществляется скрытно, под покровом ночи. Именно такая скрытность и тайные встречи неизбежно возникали бы в том случае, если бы дочери рода принимали своих возлюбленных вопреки воле патриарха.

--------------------------------------------------------------------------------------------

{1] Имеется в виду James Jasper Atkinson, ок. 1844–1899. Британский этнолог-самоучка, он большую часть жизни провёл и проработал во французской колонии Новая Каледония, изучая обычаи коренного народа канаков. Развивая идеи Чарльза Дарвина, Аткинсон выдвинул гипотезу о том, что человеческое общество зародилось в первобытной орде, где один доминирующий самец изгонял подрастающих сыновей. Культурный прорыв произошел, когда изгнанные братья объединились, убили и съели отца, а затем ввели первые запреты (табу), чтобы не воевать друг с другом из-за женщин. Именно эта гипотеза «мистера Аткинсона» легла в основу фундаментальной работы Зигмунда Фрейда «Тотем и табу» (1913).