Папуасские "иваны, не помнящие родства".

Н. А. Бутинов пишет: " Когда этнограф входит в папуасскую или меланезийскую деревню, он обнаруживает в ней несколько вемунов и соответственно несколько разных родов. Генеалогия каждого рода очень короткая. Она напоминает усечённую пирамиду: на самом верху два-три деда, которые были «братьями»; был общий прадед или нет — этого никто не знает, а главное, никто этим не интересуется. Таким образом, род, не имея одного общего предка, обладает несколькими разными предками, между собой «братьями». На деле же, как справедливо отмечает Я. Поувер, это — объединение нескольких, генеалогически не связанных нуклеусов, в каждом из которых есть дед, его сыновья и дети его сыновей и которые объединены «фиктивной связью братства». Но бывает и так, что даже дедов не помнят, и тогда нуклеус состоит из отца и его сыновей".

В связи с этим мне подумалось, что, может быть, верхнепалеолитические "венеры" создавалась с тою целью, чтобы сохранялась родовая память? Я вот, например, свою прабабку по отцу, Меланию, помню очень смутно, собственно, помню лишь её похороны, но даже не знаю, где её могила. А прабабку по матери даже никогда не видел и не знаю, как её звали. В этом смысле мы, русские, мало чем отличаемся от папуасов. Но, я думаю, память о предках сохранялась бы, если бы имелась какая-нибудь семейная реликвия, небольшая вещица, которая передавалась бы из поколения в поколение. "Венера", сделанная из кости или камня, как раз подходит для этой цели. Она не гниёт и не ржавеет, и может храниться на протяжении многих веков. И если какой-нибудь узурпатор возомнит себя "отцом-основателем", ему можно ткнуть в нос статуэткой истинной матери-основательницы рода. Не потому ли многие статуэтки догу культуры дзёмон находят разбитыми? Можно представить себе, как японские самураи разбивали их, устанавливая своё патриархальное господство. 

 

О связи экзогамии с патрилокальностью.

Н. А. Бутинов говорит, что "браки внутри вемуна караются смертью". Это и понятно, ведь вемун может состоять из одной семьи или из нескольких близкородствннных семей. Секс между братьями и сёстрами, между родителями и детьми - это такой же "беспредел", как и людоедство. Когда "нет бога" и "всё позволено", тогда пиши: "всё пропало".

То есть, экзогамные браки имеют смысл лишь в том случае, когда семья и род совпадают. Но, как мы знаем, род может быть "расширенным", как у тех же папуасов: в вемун принимаются "инородцы". Тут тоже всё понятно: если позволить "инородцу" делать в нашем роду, что он захочет, это будет уже не наш род.

"Суть экзогамии в том, что между мужем и женой нет близкого родства — они чужие друг для друга. Экзогамия воздвигает между мужем и женой родовой и родственный барьер. При экзогамном браке муж — член одного рода, жена — другого".

Но это лишь в идеальном случае. На деле же, по свидетельству Н. А. Бутинова, "можно привести немало примеров, когда вступают в брак родичи, иногда — родня, но браки внутри вемуна абсолютно исключены". И он объясняет причину такой щепетильности папуасов.

"Женщина, переселившаяся в вемун мужа, не внушает жителям мужского дома никаких опасений. Она в этом вемуне чужая для всех, в том числе и для своего мужа. Орудия труда, оружие и прочие вещи мужа, хранящиеся в семейной хижине, — не её вещи; в случае смерти мужа эти вещи поделят между собой члены его рода, а ей не достанется ничего. Семейная хижина тоже ей не принадлежит; после смерти мужа женщина должна покинуть её и вернуться в тот вемун, откуда пришла".

Вот оно, в чём дело! Оказывается, место проживания — патрилокальность или матрилокальность — имеет решающее значение! Где патрилокальность, там и патриархат! Соответственно, где практикуются матрилокальные браки, там не может быть патриархата.

Так, теперь разберём всё по порядку. Если мы имеем два соседних экзогамных рода с матрилокальным проживанием, то экзогамные браки лишь укрепляют эти роды. Все женщины остаются внутри своего рода плюс к ним добавляются мужчины соседнего рода. Мужчины здесь понимаются лишь как "доноры" спермы; "ядро" рода составляют не они (впрочем, их дочери войдут в это "ядро"). При патрилокальном браке "ядро" сразу же "размывается" и "размазывается", так как мужчины разных поколений могут брать жён из разных родов. На месте материнских родов образуется аморфное племя, а зетем ещё более аморфный, разноплеменной народ. И заканчивается вся эта грустная история поколениями "иванов, не помнящих родства". А всё из-за того, что охотникам из "мужского дома" жалко было потерять копьё своего умершего товарища...

О противоречиях между семьёй и патриархальной общиной.

Н. А. Бутинов в статье "Общинно-родовой строй мотыжных земледельцев (по материалам Новой Гвинеи и северо-западной Меланезии)" говорит о внутривемунных противоречиях.

"В вемуне рядом с большим мужским домом размещается несколько небольших хижин. Эти хижины именуют иногда женскими, иногда — семейными; семейное начало олицетворяет женщина (муж большую часть времени проводит в мужском доме)". 

То есть, на женщинах держатся семьи, которые фактически образуют и формируют родовое начало, а мужчины делают своего рода "надстройку", общину, прообраз государства. И интересы женской "семьи" неизбежно вступают в конфликт с интересами мужского "государства".

"Одна из характерных черт вемунного быта — обособленность мужчин от женщин. Эта обособленность, пишет Я. Хогбин о жителях о-ва Вогео, постоянно подчёркивается в повседневной жизни. По местным верованиям, для мужчин вредно общество женщин, а для женщин — общество мужчин. Мужчины как бы составляют в вемуне правящую партию, женщины — оппозицию. Женщины упрекают мужчин в лености, имея в виду их нежелание сделать что-либо для семьи. Мужчины в свою очередь находят недостатки в женщинах. «Мужчины, — пишет Хогбин, — часто критикуют женщин за их попытки подорвать мужскую солидарность». Мужчины, например, говорят: братья до женитьбы охотно помогают друг другу и никогда не ссорятся, а после брака каждый неохотно помогает другому, и они часто ссорятся. 

Суть частых конфликтов в вемуне состоит в том, что кто-то из мужчин уклонился от совместного труда на благо вемуна в целом и предпочёл потрудиться в это время в своей семье: на семейном огороде или в семейной хижине. В племени орокаива, по словам Ф. Уильямса, папуас часто оказывается перед дилеммой: либо община, либо семья, и если противоречие между общиной и семьёй перерастает в конфликт, семья может уйти из общины. Такой исход конфликта для вемуна нежелателен, поэтому родичи стремятся удержать семью. «Споры стараются уладить, — сообщает Ф. Каберри о племени абелям, — чтобы не допустить выделения семей из общины и тем самым ослабления последней». Вемун не может существовать без тесно сплочённой когорты мужчин, обеспечивающих совместный труд, и без семей, обеспечивающих, в частности, пополнение молодёжью этой мужской когорты (после обрядов инициации)".

"Кормление" как основной элемент патрилинейной идеологии папуасов.

В продолжение записи "Патриархат у папуасов".

Из статьи Н. А. Бутинова "Общинно-родовой строй мотыжных земледельцев (по материалам Новой Гвинеи и северо-западной Меланезии)":

"Во многих папуасских языках (а также австралийских) слово «мать» ассоциируется с женской грудью и может быть истолковано как «женщина, кормящая грудью». Кормит ребёнка грудью обычно та женщина, которая его родила, и здесь можно говорить о кровном родстве, хотя оно и выражено через кормление. Совсем иначе обстоит дело с понятием «отец». Для папуасов кума, бена-бена и других отец — это необязательно родитель. Меланезийцы о-ва Манус, когда речь идёт об отцовстве, «не придают физиологии большого значения». Папуасы энга отводят главную роль отцу не в зачатии ребенка (это не имеет для них решающего значения), а в том, что он даёт ребёнку душу и устанавливает с помощью обрядов её связь с духами родовых предков.

Но главное в понятии отец — то, что он снабжает ребёнка пищей, кормит его. Отец — это кормилец. Папуас племени арапеш, призывая сына к послушанию, не скажет ему, что он его породил. Он скажет: «Я добывал пищу, которая сделала твоё тело». Сын ещё находится в утробе матери, а отец уже «кормит» его, потому что кормит жену и она перерабатывает и передаёт эту пищу ребёнку. На о-ве Гуденаф имеется специальное выражение — ауа веле, что означает «давать ребёнку пищу через мать». М. Юнг пишет о жителях этого острова, что ауа веле, т. е. «кормление» отцом ребёнка, находящегося в утробе матери, «основной элемент их патрилинейной идеологии».

Интересная идеология... Стало быть, выходит, что беременная женщина у папуасов лишается рук и ног, и сама себя прокормить никак не может. Без мужчины-"кормильца" и его "кормления" она не выживет. Но это же не так! Уже набило оскомину постоянное повторение того, что русские крестьянки рожали детей в поле, то есть они работали во время беременности до наступления родов, а не сидели сиднем дома в ожидании мужского "кормления". Очевидно, примерно так же обстояли дела и у папуасов, но они намеренно превратили женщину в безрукую и безногую "матку", чтобы на этом фоне было заметно мужское участие в рождении ребёнка. Если родитель кормит беременную жену и разводится с ней после родов, то он — отец, а мать не имеет на ребёнка никаких прав. И всё это для того, чтобы «братство по еде», общинное родство, вытеснило родство по крови, то есть по матери. Женщинам-папуаскам практически невозможно выбраться из этого ментального хитросплетения, придуманного мужчинами. 

Патриархат у папуасов.

Из статьи Н. А. Бутинова "Общинно-родовой строй мотыжных земледельцев (по материалам Новой Гвинеи и северо-западной Меланезии)" следует, что "на Новой Гвинее и в Северо-Западной Меланезии до прихода европейцев общинно-родовой строй переживал стадию расцвета".

Автор описывает подсечно-огневое земледелие и говорит, что "в целом подтверждается то, что писал о папуасах и меланезийцах Н. Н. Миклухо-Маклай: «Мужчина берёт на себя главные и более трудные работы (постройку хижин, тяжёлую работу на плантациях, рыбную ловлю, охоту и т. д.). На женщине лежат уход за детьми, лёгкие работы на плантациях: им приходится смотреть за ростом посеянных и посаженных растений, полоть, собирать плоды и овощи. Дома — носить воду, собирать сухие ветви для костра, очищать плоды перед приготовлением пищи и т. д. Кормление свиней и собак лежит на них же».

Мужской и женский труд отличаются один от другого, однако, не только по своим функциям, но и по своему характеру. Мужчины обычно работают группами, а женщины в одиночку. Эту закономерность отмечают все исследователи, ведшие полевую работу. Обобщая их наблюдения, Я. Хогбин и К. Веджвуд сообщают о «постоянной группе в деревне, состоящей из работоспособных мужчин». Э. Шлезиер пишет о труде женщин: «Только в исключительных случаях, например при приготовлении саго, женщины работают сообща».

К этому можно добавить, что, хотя мужчины обычно трудятся группами, ряд операций они тоже выполняют в одиночку: в частности, труд на огородах поделён так, что часть операций выполняет группа мужчин, а часть — семья, состоящая из мужа, жены и детей. Расчистка участка в лесу от деревьев, возведение забора для защиты огорода от кабанов, первичное вскапывание земли — дело группы мужчин. С теми орудиями труда, какими располагали папуасы и меланезийцы (а кое-где эти орудия и сейчас применяются), такие трудовые операции, по мнению Я. Хогбина, требуют объединения усилий 10—12 мужчин. Столько же примерно мужчин участвует в ловле рыбы.

Группа мужчин не всегда одинакова по размерам и составу: кто-то может из-за болезни не участвовать в труде, кто-то может прийти из другой деревни и поработать день-два в порядке взаимной помощи. Но часть рабочей группы остаётся постоянной, неизменной. Это — «нуклеус», константа, «фиксированная единица совместного труда», — так называют её Э. Чоунинг и У. Гуденаф.

Таким образом, отчётливо выделяется одна «константа» — группа мужчин. Вторая постоянная величина, или «константа», — это семья, состоящая из мужа, жены (или двух, иногда трёх жён) и детей. После того как участок расчищен от леса, поваленные деревья сожжены, забор возведён, земля вскопана, его делят на семейные огороды. И каждая семья самостоятельно сажает на своём огороде таро, ямс, сладкий картофель, следит за созреванием, производит прополку и затем ежедневно собирает урожай. Перечисленные трудовые операции не требуют объединения усилий группы людей. Выполнение их падает в основном на долю женщин. Но глава семьи тоже работает на своём семейном участке.

В "Старой Европе" как в "Бантустане"?

Для некоторых групп банту в экваториальной Африке ещё недавно было характерно экстенсивное полукочевое подсечно-огневое земледелие. За пределами истощённой земли рядом с новым полем сначала возводили временное селение, а со временем община полностью переселялась туда. Весь цикл продолжался почти 20 лет.

Похоже на то, что подобная практика имела место быть и в Старой Европе 6500 г. до н. э. и 2000 г. до н. э. Скорее всего, старая деревня торжественно сжигалась лишь после того, как на новом месте, где-то недалеко и по-соседству, завершалось строительство домов нового поселения.

Напомню ещё раз, что Кукутень-Трипольские поселения полностью выгорали каждые 60—80 лет. Существует несколько различных гипотез, объясняющих практику сожжения домов в Юго-Восточной Европе.

Карта, показывающая масштабы практики сожжения домов в Юго-Восточной Европе. 

"Раскопки неолитического земледельческого поселения Кёльн-Линденталь на берегу Рейна (близ Кёльна) показывают, что обитатели его первоначально только наведывались к полям для разрыхления земли, посева, сбора урожая зерновых. Возле полей возводились амбары для хранения зерна. Посёлки находились где-то в стороне. Позднее рядом с амбарами появились временные хижины-полуземлянки, а в дальнейшем сюда переселилась и вся община численностью около 150—200 человек [Семёнов С. А . Происхождение земледелия. Л ., 1974. С. 95—99]. Это напоминает земледелие у банту экваториальной Африки, о которых говорилось выше. И у банту, и в Европе оно было подсечно-огневым", - говорит В. Р. Кабо в статье "У истоков производящей экономики".

"Дунайские племена Центральной Европы выбирали для своих поселений плодородные, лёгкие для обработки лёссовые почвы. Но плодородие полей со временем истощалось, их забрасывали и возделывали новые. Когда вокруг селений вся пригодная земля была использована, люди уходили на новые места и основывали поселения" [Возникновение и развитие земледелия. М., 1967. C. 19].

О крито-минойской грацилизации.

Я уже говорил про крито-минойских акробатов с "осиными" талиями, участников таврокатапсий.

detail from the Stiersprung fresco of a bull leaper, 1600-1450 bce

Кольцо Тесея, 15 век до н.э., Алтарная комната (комната 34), Национальный археологический музей, Афины.

Я высказал предположение о том, что, возможно, участники тавроболий постились перед ритуальными играми с быком, совершали омовения в священных источниках, ну и вообще вели аскетический образ жизни, были своего рода "духовными атлетами". Оттого у них и телосложение было такое "субтильное". Они заранее "облегчались", готовя себя к полёту над быком.

Но здесь возможно иное объяснение, в контексте грацилизации. А. Г. Козинцев говорит, что, "согласно одной из точек зрения, снижение массивности скелета могло быть результатом ослабления его кроветворной функции, которое в свою очередь произошло вследствие уменьшения двигательной активности. Распространено также мнение, что грацилизация была вызвана ослаблением отбора на силу и выносливость".

Что касается последнего мнения, то я писал на эту тему в "Женский выбор и ювенализация человечества" и "Женский выбор и ювенализация человечества (2)". Там говорилось, что женщины предпочитают хороших отцов, а хорошие отцы всегда будут обладать лёгкой феминностью во внешности. И, если на Крите долгое время женщины осуществляли выбор мужчин, то таким образом, на протяжении многих поколений, могла осуществиться грацилизация-ювенализация-феминизация мужчин. 

О "древлем благочестии".

Читаю этнографический этюд князя Ухтомского "Новая Земля" (СПб., 1883). На стр. 12 он описывает жилища самоедов (ненцев) и жалуется на грязь. 

"В извинение самоедов нам сказали, что зимою они соблюдали некоторую чистоту и даже мыли полы; летом же, с приходом поморских судов, у самоедов началось повальное пьянство и всё было запущено. В это время самоеды меняют поморам на водку весь свой зимний промысел, меняют, конечно, дёшево и пьют без просыпа все, не исключая и детей. Так продолжается весь июль месяц, до ухода промышленников на гольцовый промысел". 

А те поморы, которые спаивали водкой самоедов, скорее всего были староверами-беспоповцами... Небось, мнили себя истинно-православными христианами, сохранившими "древлее благочестие"... Совершали крестное знамение двумя перстами, и при том, ничтоже сумняшеся, занимались растлением детей самоедов.

"Эти раскольники замечательны и по рвению пострадать за свою веру, чтобы тем получить спасение души", - пишет князь Ухтомский.
"Как пример рвения пострадать за веру Г. разсказывал такой случай: лет 20 тому назад была ярмарка в г. Грязовце (Вологодской губернии) и во время престольнаго праздника, когда совершалась литургия и когда церковь была полна народом, входит в храм мужчина средних лет, проталкивается вперёд, входит прямо в алтарь, сбрасывает на пол чашу со св. дарами и растаптывает её ногами. При виде этого святотатства всё пришло в ужас; преступника схватили и посадили в тюрьму, это былъ раскольник. Призванный, освидетельствовать преступника, доктор заявил, что он вероятно сумасшедший; но преступник себя сумасшедшим не признал, говоря что он старовер, решившийся на такое дело собственно для того, чтобы пострадать за веру. Впоследствии он был осужден как святотатец и должен бы быть сослан в Сибирь; но он умер в тюрьме не дождавшись решения — голодною смертью, отказываясь во время заключения от всякой пищи".

Сатиры.

Сатиры составляли свиту бога Диониса; он являлся людям в сопровождении козлоногих демонов.

Сложилось общее мнение о распутности этих демонов, что они постоянно "пристают" к нимфам и "клеются" к менадам (вакханкам). В искусстве имеется очень много изображений на эту тему. 

скульптурная композиция "Сатир и нимфа"

М. И. Скотти. Сатир и вакханка

Но это изображения из современного искусства. А на древних изображениях мы можем видеть, как менада охлаждает пыл сатира, ударяя тирсом по его эрегированному пенису (см. : Целомудренные девы-менады).

"Папесса" с ключом.

Интересно, что в колоде карт Таро "жрица" (или "папесса") довольно часто изображается с ключом (или ключами) в руке.

из старой колоды карт Таро

 

современное изображение

Здесь усматривается аллюзия на Ключи Царства Небесного (лат. Claves Regni Caelorum) — в католичестве атрибут апостола Петра, первого Папы Римского, символизирующий его власть в Церкви. Понятие происходит от слов Иисуса Христа, обращённых к Петру, после того, как тот признал его Мессией и Сыном Божьим: «И дам тебе ключи Царства Небесного: и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах» (Мф. 16:19).

Но здесь не только аллюзия, но и прямое противопоставление: вместо ап. Петра ключи от рая держит Мария Магдалина. 

Между прочим, Евангелие, как "благая весть" о воскресшем Иисусе Христе, началось именно с неё: "Мария Магдалина идёт и возвещает ученикам, что видела Господа и что Он это сказал ей" (Ин. 20:48). Корень слова «апостол» в греческом языке означает «вестник», и именно роль вестницы сделала Марию Магдалину равноапостольной. Она присутствовала на Голгофе (в отличие от Петра), она находилась у гроба Иисуса, и она же стала первой свидетельницей Воскресения.

Эпифании Богини.

Мария Магдалина - главный персонаж книги Дэна Брауна «Код да Винчи».

С появлением в 2003 году «Кода да Винчи», ставшего невероятно популярным, история о Марии Магдалине заново открывается всему миру, будучи переведённой почти на все языки, и Мария Магдалина проникает в сознание людей по всему миру с быстротой разгорающегося пламени.

Я полагаю, мы здесь имеем дело с бессознательным процессом. «Код да Винчи» появился так же, как появляются нерукотворные изображения Богородицы. 

Богиня является современным людям, как она некогда являлась своим поклонницам на Крите. Иногда её явления (эпифании) бывают в форме изображений, а иногда в форме литературных текстов, как у Дэна Брауна. Я полагаю, что Дэн Браун - такой же медиум, как поэт, которому Муза шепчет на ухо стихи. 

Можно сказать, что Мария Магдалина из «Кода да Винчи» заняла пустующее место в протестантской среде. У католиков есть культ Девы Марии, а у протестантов ничего такого нет. Но, как известно, свято место пусто не бывает. Место Девы Марии заняла Мария Магдалина.

Такой "матриархат" нам не нужен!

Начал читать книгу "Лунный бык. О духовном значении матриархата", написанную Питером Фрицем Уолтером (Published by Sirius-C Media Galaxy LLC 113 Barksdale Professional Center, Newark, Delaware, USA).

Чувак правильно говорит о том, что "патриархат выступает за доминирование и угнетение, мужчин над женщинами, "верхних" над "нижними", сильных над бессильными, в смысле строгой иерархии, основанной на послушании, что существует нечто вроде автоматизма, встроенного в патриархат, - это автоматизм насилия".

Я от себя добавлю небольшой пассаж.

Почему мужская, патриархальная власть так часто прибегает к репрессиям? Одну из причин называет Н. А. Ксенофонтова в статье "Женщина как действующее лицо африканской истории. Взгляд сквозь пространство и время": "Когда-то, на заре человеческой истории, мужчины добились превосходства над другой половиной человечества и теперь живут в постоянном беспокойстве и боязни, как бы женщина не взяла реванш в борьбе за господствующее положение в обществе". Очевидно, "сильные мира сего" живут в постоянном страхе, и именно страх внушает им действовать по принципу "бей своих, чтоб чужие боялись".

Но далее автор опуса - Peter Fritz Walter - пишет какую-то ультралиберальную ахинею, бред сивой кобылы:

"История быка [имеется в виду Минотавр] говорит нам о том, что желания изнасилования как часть сексуальных желаний не разрушительны сами по себе, но становятся разрушительными, когда они заключены, заточены, жёстко контролируются и вытесняются из жизни строгими моралистическими правилами. Минотавр стал чудовищем, пожирающим детей, потому что он был заключён в башню, потому что царь Минос боялся за свою репутацию и хотел скрыть чудовище от населения".

Не надо было сажать в тюрьму Минотавра, - говорит автор, - он и не пожирал бы детей. Далее чувак делает ловкий финт ушами и связывает мораль с патриархатом. "Кажется, что когда человек начал проповедовать высокую мораль и признался, что стремится к доброте, он начал действительно становиться дьяволом". Послушать его, так в матриархальных обществах не было никакой морали. 

Peter Fritz Walter выступает за сексуальную свободу детей, причём, как он пишет, "это означает свободный выбор партнёра. Это значит, что ребёнок может выбрать взрослого в качестве партнёра для игр, включая сексуальные игры" (It means free partner choice. It means that a child can also choose an adult as a partner for play, including sex play). 

Божественная Айседора.

Айседора Дункан и её ученицы, 1909 год.

Айседора Дункан и игра неразделимы. Вся её жизнь является ни чем иным, как затянувшейся детской игрой. Окружающий мир она рассматривала как зрительный зал, а себя — как актрису ею же созданного театра.

Она пронеслась по жизни в вихре танца как ослепительный метеор, и внезапно "сгорела", задушенная шарфом попавшим в колесо автомобиля. (Двое её детей погибли в автомобильной катастрофе. Дети и гувернантка упали в машине с моста в Сену.)

Говорят, на лицо она была не очень красивой, но все отмечают, что ниже пояса её фигура была восхительной, обворожительной, неотразимой. Из воспоминаний А. Бенуа (1904 год): "Я был среди приглашённых и удостоился чести сидеть рядом с этой несомненно гениальной, но и шалой в жизни женщиной. Естественно, что во время такого пиршества ни о чём серьезном не говорилось. Беседа ограничилась шутками, тостами, изъявлениями восторга. Особенно вдохновенным характером отличалась речь милого, совершенно обезумевшего от восторга, всё ещё продолжавшего пылать юношеским пылом Яна Ционглинского. Перед тем, как произнести её, он нагнулся через стол ко мне и, захлёбываясь от волнения, произнёс (по-русски, но с очаровательным польским акцентом) незабываемые слова: «Ты понимаешь, Александр, что это такое? Это не женщина, это ангел, это чёрт какой-то!».

Сама Айседора прекрасно осознавала магнетизм, исходящий от неё, и она заявляла: «Моего тела может быть достоин только гений». В 1921-1924 годах она работала в СССР. В неё по уши влюблился русский гений Сергей Есенин. Конечно, у двух из ряда вон выходящих личностей не могло быть обычных любовных отношений; они мне напоминают про безумие Аттиса, оказавшегося в орбите богини Кибелы. 

Матриархат у косаток.

"Как пояснил эволюционный биолог, заведующий отделом эволюционной морфологии Института зоологии им. И.И. Шмальгаузена НАН Украины Игорь Дзеверин, общественная группа у косаток включает старшую самку, её дочерей всех возрастов и внуков и правнуков женского пола по женской линии. Что касается самцов, то они воспитываются и живут в этих группах, но размножаются в других. В своей группе самцы могут размножаться только в виде исключения" (Источник).

Это очень похоже на на первобытную родовую матрилокальную общину у кроманьонцев. Но на этом сходство касаток с людьми не заканчивается. "Самки косаток достигают половой зрелости примерно в 10 лет и могут размножаться до 40 лет. После этого у них наступает менопауза, что характерно для очень немногих видов животных. Потом ещё несколько десятков лет самки могут прожить без возможности рожать детей". В среднем женщины достигают менопаузы в возрасте около 50 лет, а затем они ещё 20 - 30 лет могут "возиться" с внуками.

Оказываектся у косаток-мам по отношению к сыновьям есть куча общего с женщинами, trim_c говорит, что они "возятся" с сыновьями прямо как мамы-еврейки. "Самки косаток продолжают помогать своим сыновьям даже тогда, когда те взрослеют и, казалось бы, уже не нуждаются в опеке старших".

Похоже на то, что косатки в мировом океане являются запасным вариантом, своего рода "человечеством 2.0", на тот случай, если "человечество 1.0" исчезнет на земле по собственной глупости. Кстати, у касаток имеется даже нечто наподобие "народов", всё как у людей. "Косатки живут в разных частях Мирового океана. Но они разделены на отдельные популяции, то есть обособленные группы. Между собой они отличаются генетически, по внешности, поведению, "диалектам" и т.д." 

Они жили за 5 тыс. лет до основания Москвы.

Художник-график, "иллюстратор истории" Леонид Константинов говорит, что территория современной Тверской области в районе озера Селигер в 5 тысячелетии до н.э. была царством бескрайних широколиственных и сосновых лесов с очень тёплым и мягким климатом. Там жили носители культуры ямочно-гребенчатой керамики, точнее говоря, представители льяловской культуры, которая была локальным вариантом Я-ГК. По мнению учёных, ранний неолит был лучшим климатическим периодом для жизни человека за всё время его существования в Волго-Окском междуречье.

"Вообще это время - лучшее для человеческого общества. Не было богатых и бедных, добыча делилась между всеми поровну, самые старые и умные люди становились старейшинами.

Многотысячелетняя идиллия! Охота давала этим людям гораздо больше продуктов, чем земледелие и скотоводство. Рыболовство в неолите стоит на втором месте по значимости занятий после охоты. Поэтому то время принято называть временем высших охотников и рыболовов, тем самым подчёркивая высокий уровень их хозяйства в своеобразных условиях" (Источник).

Ну и красивая картинка - в качестве иллюстрации первобытного рая, когда не было ещё "долгоруких" князей.

Богиня первых земледельцев Европы.

Как передаёт Сергей Путилов, "в Болгарии нашли 8000-летнюю фигурку матери-богини, подтверждающую женское начало всех религий".

Фото: BTA

В Болгарии археологи при раскопках в неолитическом поселении недалеко от города Узуново обнаружили скульптуру, изображающую ранее божество первых земледельцев Европы.

Находка, являющаяся одним из древнейших артефактов религиозного культа, напоминает о том, что начиная с истоков человеческой цивилизации люди поклонялись женскому началу. И лишь за сменой матриархата на патриархат на земле произошла революция на небе – культ Бога-отца, принятый в христианстве, исламе и иудаизме, окончательно вытеснил древние верования.

Как сообщает Archaeology in Bulgaria, в Видинском районе на северо-западе Болгарии обнаружена верхняя часть каменной фигурки – матери-богини. Статуэтка была создана на рубеже 8-7 тысячелетий до Рождества Христова, в период, когда местные жители только переходили от охоты и собирательства к оседлому земледелию. Статуэтка выполнена в технике, характерной для культуры Лепенского Вира.

Напомним, Богиня-мать — основное божество во всех изначальных мифологиях мира. Поклонение образу женщины-матери как верховному божеству началось еще в эпоху палеолита, то есть на самой заре человеческой цивилизации. В те времена главой рода являлась женщина, что получило обозначение «матриархат» – усиление власти женщин в период нового каменного века – неолита, когда, как считается, произошло открытие женщинами посевного земледелия. В это время начинает формироваться культ богини земли – кормилицы, подательницы жизни. Авторитет женщины, главы рода, в те времена был непререкаем. Лишь в эпоху более поздних верований вместе с возвышением авторитета мужчин стали формироваться культы мужчин-царей. Хотя культ Божественной Матери был существенно потеснён, а эпоха матриархата с наступлением эпохи железа после нескольких тысячелетий безраздельного господства безвозвратно ушла в прошлое, отголоски веры в мудрую, любящую и заботливую Покровительницу дожил и до наших дней, хотя и в завуалированной форме.

Unio mystica людей и зверей.

Ирина Геннадьевна Татаровская в статье "Змея как символ жизни и смерти в африканской мифологии" говорит, что...

"Часть церемонии инициации у азанде связана со змеями. Неофит дует в «магический» свисток, и к нему со всех сторон начинают ползти змеи. Они обвивают его. Трогают своими языками, но не причиняют вреда".

Хотелось бы мне взглянуть на эту церемонию хотя б одним глазком... Она напомнила мне про крито-минойских "богинь" со змеями. 

Судя по дошедшим до нас изображениям, древнеегипетские жрецы умели находить общий язык даже с крокодилами, а не то что со змеями.

св. каркодил в Египте

А мы, безумные, даже с людьми не умеем договариваться...   

Вселенная догонов.

Согласно мифологическим представлениям догон (Мали), Вселенная состоит из семи миров, каждый из которых находится друг над другом. Через центр каждой из земли проходит железный столб. Каждая из земель «круглая и плоская. Она окружена на большом протяжении солёной водой в форме венка. Это море схвачено в кольцо огромной змеёй yuguru na, которая поддерживает и сохраняет целостность, кусая себя за хвост. Если она случайно отпустит хвост, всё обрушится»(Griaule, 1938).

На рисунке № 1 схематично изображена неполная модель Вселенной народа догон. Она представлена двумя мирами из семи. М. Гриоль не стал рисовать все семь миров, так как они повторяют структуру и внешний облик этих двух.

Рис. 1. Модель мира со змеёй (Griaule, 1938)

Вот что значит архаика! Она сохраняет первоначальные смыслы. Какую только эзотерическую чушь не приходилось мне читать про орфического змея Офиона, который якобы "высиживал" мировое яйцо?! 

Матриархат "под спудом".

Т. Б. Щепанская говорит в статье "Дискурсы российской власти: термины родства":

"«Материнская» терминология власти фиксируется в субкультурных образованиях (криминальных, хип-культурных, мистических и т. д.), которые возникают в маргинальных областях социальной структуры". 

Интересное замечание. Оно свидетельствует о том, что матриархальная парадигма жива, но находится "под спудом" патриархального официоза. Народный менталитет — штука невероятно гибкая, и из истории мы знаем, что русские проявили себя и язычниками, и православными, и атеистами. Они показали себя строителями коммунистического общества, и, несомненно, с таким же энтузиазмом стали бы созидать матриархальное общество, если власть поставила бы перед ними такую цель.

"В маргинальных ситуациях и средах связь с матерью осознаётся как последняя, неразрушимая связь. Сохраняясь даже когда оборваны или прерваны все остальные связи, она становится единственной опорой в чуждой и враждебной среде, а затем и отправной точкой самоорганизации. Иными словами мифологема «материнства» играет в маргинальных средах роль матрицы ресоциализации (воссоздания социальной структуры в зонах её разрыва)", - пишет Т. Б. Щепанская.

Это тоже очень ценное замечание. Матрица ресоциализации повторяет, в общих чертах, первичную матрицу социализации, имевшую место быть в первобытном обществе. Странным образом татуировка «не забуду мать родную» обретает те же смыслы, что и палеолитическая "венера".

Вазописицы.

На картине Лоуренса Альма-Тадемы "Этрусские художники-вазописцы" привлекает тот факт, что этими вазописцами у него являются женщины.

Жертвоприношения и вождества.

Очевидно, жертвоприношение животных является "базисом", на котором держится (прото)государственная "надстройка". О. В. Кузнецова в статье "Жертвоприношене в архаических верованиях и культах", в качестве характерного примера, указывает на народные праздники мано у качинов. Эти праздники длятся 3-4 дня, в течение которых приносятся в жертву десятки животных.

В протогосударственных обществах (вождествах) жертвоприношения решали сразу несколько задач:

1) жертвоприношения были самой первой формой налога;

2) жертвоприношениями кормилось храмовое жречество;

3) коллективные жертвоприношения создавали мощный энергетический "заряд", который позволял людям "кучковаться"-"тусоваться" на протяжении нескольких дней; именно на этих "сборищах" рождались племена и племенные объединения. 

"Жертвоприношение становится практическим опытом создания и воссоздания временной и пространственной связи внутри группы и группы с богами". Я бы сказал, что на первом месте стоит именно создание группы, ну а группа уже далее действует исходя из своих групповых интересов.

Созданная на идоложертвенном мясе группа является "интернациональной", так она состоит из представителей различных родов. И затем этот идоложертвенный "Интернационал" начинает разбивать и разлагать родовую жизнь. Начинается закат родовой, кровнородственной общины с культом умерших предков. Одновременно начинает формироваться культ живого вождя, который  найдёт наиболее полное своё выражение в "биче Божьем" Атилле.

Изображение повелителя гуннов Аттилы на древней монете V в. н.э. Страшнее чёрта на полпуда

О жертвоприношениях.

"Р. Лоу отмечает возрастание количества человеческих и иных жертвоприношений на Западно-Африканском побережье в период укрепления королевской власти. Подобное явление наблюдается, по археологическим данным, у скифских, сарматских и других памятников" (О. В. Кузнецова. "Исследование жертвоприношения в религиоведении XIX-XX вв. Архаическое жертвоприношение).

В контексте укрепления королевской власти жертвоприношения можно рассматривать как пресловутые "духовные скрепы". Я уже говорил об этом в записях "Человеческие жертвоприношения помогали укреплять «вертикаль власти»" и "Человеческие жертвоприношения помогали укреплять «вертикаль власти» (2)". Государи "скармливают" идолам своих подданных, по принципу "бей своих, чтоб чужие боялись". 

Прометей и Пандора.

По мнению Р. Грейвса, рассказ о Пандоре — не настоящий миф, а антифеминистская притча, изобретённая самим Гесиодом, пессимизм которого искал объяснения смертности и всем несчастьям человека.

До появления Пандоры женщины были только богинями, управляющими людьми, по воле Зевса женщина появилась на Земле, среди мужчин, как копия богинь. Любопытная, она открыла полученный от Зевса сосуд (πίθος) (ящик Пандоры), из которого тут же по миру разлетелись все несчастья и бедствия...

Фредерик Стюарт Чёрч, «Открытый ящик Пандоры», XIX век

"Образ Пандоры заслонил собой другой, который был источником зла на земле прежде. Именно Прометею, преступившему божественные запреты, нарушившему космическое равновесие, человечество обязано всемирным потопом, появлением зла и вечного наказания для людей. Однако проделки Прометея были благополучно забыты, и титан остался в памяти как благодетель человечества, а источником зла была объявлена женщина, созданная к тому же по "промышлению Зевса"."

Так Л. Л. Селиванова комментирует Р. Грейвса, и я с ней в принципе согласен. 

По сообщению Википедии, "Пандо́ра — первая женщина, создана по велению Зевса в наказание людям за похищение для них Прометеем огня". Странно, очень странно... Прометей украл огонь, а  Зевс наказывает людей за кражу... Никакой логики. Возможно, Р. Грейвс прав, и мы здесь имеем дело с придумкой Гесиода, который в своих сочинениях переложил всё дело с больной головы на здоровую. 

Рассказ о Пандоре напоминает библейское повествование о Еве. Ева, в своё оправдание, могла бы заявить: "Эй, Бог, как это в твоём Эдемском саду оказался змей? Значит, Ты проспал, проворонил, а я теперь виновата во всём?!" Примерно так же могла бы сказать и Пандора Зевсу: "Сам подсунул мне этот ящик, чтоб я его открыла, и меня сделал источником зла, хотя на самом деле источник зла находится там же, откуда ящик появился".

О "жёлтой" прессе.

Сегодня днём я сфотографировал, какую хрень продают в киосках "Роспечати".

Правда, там, сбоку, под стеклом лежит свежий номер журнала "Наука и жизнь", но цена - 408 рублей - даже мне не по карману, не говоря уж про студентов и школьников. 

В общем, я уже много лет ничего не покупаю в киосках "Роспечати", разве что только авторучки да расчёски.  

Л. Л. Селиванова о Зевсе.

Л. Л. Селиванова пишет в статье "Владыка Олимпа. Формирование олимпийского пантеона":

"Доолимпийский этап [древнегреческой мифологии] характеризуется стихийно-чудовищной "тератологией" (от греч. τέρας — «чудовище», термин введён А. Ф. Лосевым) эпохи матриархата (Медуза, Сфинкс, Химера, Ехидна — все женского пола), в которую получает своё законченное выражение образ Великой богини-матери, матери Земли. Поэтому древнейшая мифология называется хтонической. Олимпийский период связан с переходом к патриархату".

Ещё один интересный пассаж о быке - консорте Великой Матери:

"Небесные боги восточных религий всегда отождествлялись с быками. Дьяус в "Ригведе" называется "быком", Индру и его иранского двойника Вритрагну постоянно сравнивают с быком, как и доарийского предшественника Индры громовника Рудру. В Древней Ассирии, как и в Малой Азии небесный бог имел облик быка. Шумерский бог Энлиль, устроивший всемирный потоп, зовётся Богом Рога, а его жена Нингаль — Великой Коровой. Древнефиникийский глава пантеона бог Эль называется Шор (Бык). Заменивший его Ваал поражает Муту "своими рогами, как дикие быки", а смерть Ваала сравнивается со смертью быка. Ассирийского бога Бела называли Божественным Быком. Египетского бога Мина, супруга Хатхор (или Исиды, которая была одновременно и его матерью), величали "Быком своей матери" и "Великим Быком". И Зевс часто выступает в бычьем обличье. В образе быка Зевс похищает Европу".

И далее: "Все небесные боги обладают большой сексуальной силой и являются супругами Великой Матери, предстающей в облике Небесной Коровы". 

"Зевс известен своей любвеобильностью. Когда его мать Рея, предвидя беды, которые возникнут из-за его похотливости, запретила сыну жениться, он пригрозил овладеть ею. Рея превратилась в страшную змею, тогда Зевс обернулся змеем и, образовав с нею тугой узел, привёл свою угрозу в исполнение. От союза с собственной матерью родилась Персефона. Затем в образе змея Зевс вступил в связь с Персефоной, от которой родился у него Дионис. Такова орфическая легенда".

Ну и потом Л. Л. Селиванова описывает многочисленные "шашни" Зевса, которые мы пропускаем... "Последней его супругой стала Гера, которая очень не хотела выходить замуж за своего брата. Поскольку прямым путём Зевс не мог достичь желаемого, ему пришлось прибегнуть к хитрости. Он принял облик кукушки и холодный, мокрый, дрожащий прилетел искать укрытия на её груди. Приняв свой истинный облик, Зевс овладел Герой (это его обычный трюк в отношении девиц!), и униженной богине ничего не оставалось, как выйти за него замуж".

В общем, переход к патриархату совпадает с тем, что Небесный Бык "открепляется" от Небесной Коровы и уходит в автономное плавание. Поначалу он ведёт себя как подросток, вырвавшийся на свободу из-под родительской опеки. Он, как бык, прыгает и "покрывает" всё, что движется и шевелится, он становится отцом многочисленных отпрысков, но уму-разуму он научить их не может, потому что сам - тупой как сибирский валенок.