В «Законах Ману» установлено, что «никакое действие не должно совершаться по собственной воле молодой девушкой, молодой женщиной, даже если она находится в собственном доме. В детстве девушка должна подчиняться воле отца; в юности — воле мужа; после смерти мужа — воле сыновей. Женщина никогда не должна потакать своей воле. Даже если муж ведёт плохое поведение, развратен или лишён всех хороших качеств, хорошая жена всегда должна поклоняться ему как богу» [1].
"Однако, - говорит Р. Бриффо, - нет сомнений в том, что эти принципы ранее не существовали среди арийских индусов. Невозможно представить большего контраста с патриархальными принципами, выраженными в официальном кодексе брахманского права, чем тот, который представлен в древнейших индийских записях. «Пусть жена, — говорится в ведическом гимне, — будет абсолютной госпожой над свёкрами, абсолютной госпожой над свекровью; пусть она будет госпожой над сёстрами мужа, пусть она будет госпожой над братьями мужа» [2].
В то время как «охрана» женщин в индийской литературе всегда означает их заключение в стенах «зенаны», «в Ригведе нет ни следа уединения женщин». Женщины ведического периода, замужние или незамужние, свободно передвигались и свободно общались с мужчинами на праздниках и торжествах. Женщины в ведической Индии часто обладали большим богатством, и их искали ради их имущества. Они пользовались полной свободой в выборе любовников и мужей.
Этот контраст между свободой, которой они пользовались в древности, и их положением в более поздние времена, когда они были связаны патриархальными законами, был хорошо знаком писателям «эпической» эпохи. В «Махабхарате» Панди обращается к своей жене Кунти так: «Теперь я расскажу тебе о древней практике, указанной выдающимися риши, в совершенстве знакомыми со всеми правилами морали. О ты, с прекрасным лицом и милой улыбкой, женщины не были раньше заперты в домах и не зависели от мужей и родственников. Они свободно ходили, наслаждаясь жизнью, как им заблагорассудится. О ты, с прекрасными качествами, они тогда не были верны своим мужьям; и всё же, о прекрасная, они не считались грешницами, ибо это было санкционированным обычаем того времени. Действительно, этот обычай, столь снисходительный к женщинам, имеет санкцию древности. Однако нынешняя практика, согласно которой женщины связаны одним мужем на всю жизнь, установилась совсем недавно» [3].
Возможно, наиболее определённое и значительное свидетельство различия в статусе индуистских женщин в ранний ведический период и в более поздние времена даёт их отношение к религиозным обрядам. В исторический и эпический периоды женщины строго и полностью исключены из этих обрядов. «Закон установлен», — говорится в «Махабхарате», — «что женщина не имеет никакого отношения к религиозным церемониям; ибо есть откровение на этот счёт». И ещё: «У женщины нет права на жертвоприношение, нет религиозных пиров или постов; жена попадает на небеса исключительно повиновением своему мужу» [4]. 7 В Ведах же, напротив, говорится, что «издавна жена участвует в публичных жертвоприношениях и в праздничных собраниях; «в качестве распорядительницы жертвоприношения выступает благородная женщина, сопровождаемая мужчинами» [5]. 8 В самом торжественном религиозном действе ведической религии, жертвоприношении коня, роль женщин была, по сути, ещё более существенной и важной, чем указано здесь. Жрецы более поздней эпохи знали об этом поразительном различии; в «Шатапатха Брахмане» говорится, что «в прежние времена не кто иная, как жена жертвователя, вставала по призыву, чтобы выступить в роли «хавишкрита» [6]. Женщинам в историческую эпоху, как и в наши дни, даже запрещалось читать Веды; «чтение Вед женщиной — признак смятения в царстве» [7]. Тем не менее, по крайней мере один из гимнов Вед был написан женщиной. Принцесса Гарги Вакакнави известна в древней индуистской традиции и считается своего рода женщиной-риши; считается, что она обладала знанием Брахмы, а её споры с известным мудрецом Яджнавалкьей записаны в сутрах. Образование женщин представлено как по меньшей мере равное образованию мужчин, и записаны имена многих женщин, отличившихся своей учёностью и поэтическим талантом. Таким образом, нет сомнений, что положение женщин среди индийских ариев постепенно менялось от свободы и влияния к сравнительному подчинению и стиранию влияния".
Затем Р. Бриффо критикует популярные в его время (1920-е годы) представления о Ведах как о «самой древней литературе, письменные свидетельства которой у нас имеются», как о литературе, иллюстрирующей младенчество человеческого рода. Он называет такие представления фантастическими и говорит, что период культурной истории индусов, представленный в древнейших Ведах, не очень отдалён и, по всей вероятности, не уходит намного дальше первого тысячелетия до н.э. По сути, «арии были лишь одним из многочисленных скифских племён, использовавших арийскую речь» [8].
Да, я думаю, что здесь вполне уместно сравнение Индии с Грецией. Первоначально в Эгеиде и на Балканском полуострове доминировала матриархальная крито-минойская культура вкупе с континентальными культурами Старой Европы. В Индии же существовала своя матриархальная хараппская культура. Затем на Элладу с севера вторглись ахейцы, следом за ними — дорийцы. Долина реки Инд также подверглась нескольким волнам "арийских" нашествий.
В Греции ахейцы покорили туземцев-пеласгов внешне, политически, но оказались в орбите их культурного и духовного влияния, подчинились им внутренне. Очевидно, та же история происходила и на Индийском субконтиненте. Первая "волна" арийских завоевателей была сравнительно немногочисленной, и поэтому женщины ведического периода по сути жили при ариях так, как они жили раньше, до ариев. Индо-хараппская матриархальная культура хотя и подверглась удару, но ещё продолжала свою жизнь. Но затем последовали новые "волны" мигрантов с севера, и древняя культура "захлебнулась" от наплыва варваров. Тогда-то и появились «законы Ману» и прочий патриархат.
 |
| Замужняя женщина этнической группы джат, Индия |
[1] The Laws of Manu, v. 147. 148. 154, The Sacred Books of the East, vol. xxv, pp. 195, 196.
[2] Rig-Veda, x. 85. 46, A. Ludwig's translation, vol. ii, p. 537. Cf. Atharva-Veda, xiv. 1. 44, W. D. Whitney, Atharva-Veda Samhita, vol. ii, p. 748.
[3] Mahabharata, i. cxxii, Calcutta edition , vol. i , pp . 355 sq .
[4] Ibid. , xiii. 46. Cf. The Sacred Books of the East, vol. ii, pp. 139, 270 ; vol. xxv, pp. 161, 196, 437.
[5] Rig-Veda, x. 86. 10, ed. cit. , vol. ii, p. 632. Cf. Atharva-Veda, ii . 36. 1 , W. D. Whitney, op. cit. , vol. i, p. 36.
[6] «Хавишкрит» — термин на санскрите, который означает "подготавливающий жертвоприношение" или "жрец, готовящий жертвоприношение".
[7] Mahabharata, iii . 33 .
[8] J. Kennedy, " The Aryan Invasion of Northern India," Journal of the Royal Asiatic Society, 1919, p. 497.
Комментариев нет:
Отправить комментарий