По сообщению Р. Бриффо, у айнов Японии существовал обычай, согласно которому женщины должны оставаться в своём доме, а их мужья должны присоединяться к ним там. Однако в настоящее время [1920-е годы], когда контакты с японцами наиболее тесны, женщина может иногда присоединиться к мужу в его доме через несколько лет, но никогда до рождения ребёнка. Согласно более старому обычаю, «жених отделяется от своей семьи, чтобы поселиться рядом с хижиной своего тестя; фактически он усыновляется». Айны, как нам сообщают, не любят отдавать своих дочерей в другую семью, а предпочитают усыновлять зятя. Если у мужчины несколько жён, каждая из них остаётся в своём доме. На Курильских островах, населённых ветвью той же расы, которая не попала под японское влияние, регулярно соблюдаются первобытные обычаи; мужчина не живёт со своими жёнами, а лишь навещает их в их домах.
Среди всех народов Северной и Центральной Азии нет обычая, который соблюдался бы более настойчиво и строго, чем тот, который требует, чтобы жених проживал более или менее длительный период в семье своей жены, или чтобы невеста после непродолжительного проживания с мужем возвращалась на длительный период в свой дом. Эти обычаи, схожие с практиками, наблюдаемыми в настоящее время в некоторых частях Новой Гвинеи и Африки, которые, насколько нам известно, находятся в состоянии перехода от недавних матрилокальных к патрилокальным обычаям, предполагают, что они являются пережитками времени, когда брак в этих частях Азии также был постоянно матрилокальным.
В настоящее время якуты посещают своих жён в их домах в течение нескольких лет, и обычно рождается много детей, прежде чем создаётся отдельный дом. Путешествуя по их стране в XVIII веке, французский консульский агент Лессепс так описал их практику: «Многожёнство — это социальный институт среди них. Будучи вынужденными часто совершать поездки с места на место, они имеют жену в каждом месте, где останавливаются, и никогда не собирают их вместе в одном доме». Каждая жена многожёнца-якута, — говорит Трощанский, — «жила отдельно со своими детьми, родственниками и скотом; во время частых отъездов мужа она фактически была главой семьи».
У чукчей крайнего северо-востока Азии каждый мужчина, независимо от его богатства, обязан проживать в доме жены в течение значительного времени, часто несколько лет, за это время он создаёт большую семью вместе с родственниками жены; иногда он становится её постоянным членом. На соседних Алеутских островах жёны оставались в своем доме не менее одного-двух лет после замужества и ни при каких обстоятельствах не покидали его, пока не рожали ребёнка. Отмечено как «уникальный обычай» у жителей Камчатки, что мужчина обязан проживать в доме жены и служить её семье в качестве раба от одного до десяти лет; после этого испытательного срока муж «живёт со своим тестем, как если бы он был его собственным сыном». Было принято жениться на всех сёстрах семьи или на нескольких кузинах. Среди коряков молодой муж был обязан поселиться в доме своей жены, где он мог оставаться пять или десять лет. Те же обычаи существуют среди юкагиров; жених принимается отцом невесты только при условии, что последний торжественно заявляет, что «он останется со мной до конца моей жизни, до смерти» [1]. Муж часто становится главой дома после своего тестя.
 |
| Стойбище. |
Среди тунгусов молодожёны обычно оставались по крайней мере два года после свадьбы с отцом невесты; после этого последний дарил им собственную «юрту». Нет сомнений, что брак у них изначально был исключительно матрилокальным, поскольку их социальная структура была матриархальной. Китайский историк пишет: «В приступе ярости они могли убить отца или старшего брата, но никогда не причиняли вреда матери, потому что мать считалась источником родства». У бурятов, монгольского племени южной Сибири, невеста после замужества возвращается домой на шесть месяцев или более, и эти визиты повторяются несколько раз, пока она, наконец, не поселится в доме мужа. Бурятская традиция определённо сообщает нам, что раньше существовал обычай, согласно которому муж должен был постоянно проживать в доме своей жены.
 |
| Группа женщин и детей в традиционных костюмах. Буряты. Нач. ХХ в. |
У самоедов женщины возвращаются домой после замужества, но только на несколько недель. Обычай, согласно которому невеста должна вернуться домой на более длительный или короткий период после короткого медового месяца, распространён среди всех татарских народов Центральной Азии. Иногда она проводит с родителями до двух лет, и в течение этого периода муж навещает её только тайно, ночью. Подобные обычаи соблюдаются и на Кавказе. У хевсуров невеста никогда не проводит с мужем больше трёх дней, после чего возвращается домой, и он навещает её тайно. У осетин жена возвращается в свой дом через несколько месяцев, и муж должен прийти и официально снова заявить на неё права. Аналогичный обычай соблюдается у вотяков, и передача невесты после того, как она родила ребёнка в своём доме, сопровождается тем же обрядом, что и первоначальная свадьба. У кочевых племён Афганистана обычно муж присоединяется к семье своей жены, по крайней мере, на определённый период.
В нескольких районах Китая проживают различные аборигенные группы населения, не принадлежащие к китайской расе. Одно из этих племён, Нуэкунь [Nue'Kun], как говорят, постоянно находится под властью женщины, а высшая власть принадлежит потомкам женского пола из правящей семьи. Среди наиболее изолированных из этих племён, в горах Гуэйчжоу, брак является матрилокальным; после десяти лет супружеской жизни мужчина иногда переезжает из семьи жены в собственное жилище. Среди популяций низинных районв, таких как Лунцзун-Е-Ян [Lunk-Tsung-Ye-Yan] и Мяо, которые вступили в более тесный контакт с китайцами, жена остаётся в своём доме до рождения первого ребёнка. На юго-западе Китая, среди Лоло, требования мужа перевезти жену в свой дом категорически отстаиваются, но связаны со значительным влиянием других обычаев. Невесту приводят в дом свёкра, но «примечательной особенностью народа Лоло является то, что неизменно через несколько дней после свадьбы невеста сбегает домой, в дом своего отца». Муж должен использовать мольбы и предлагать подарки, чтобы вернуть её; если она окажется упрямой, он имеет признанное право использовать палку.
 |
| Женщины Мяо в париках из волос |
На всём восточном полуострове Южной Азии, то есть среди народов Сиама, Бирмы, Индокитая и Тонкина, брачные обычаи носят приметы матрилокального проживания. Так, в Бирме после свадьбы пара почти всегда живёт два или три года в доме родителей невесты, а зять становится членом семьи и вносит свой вклад в её содержание. Создание отдельного дома даже в Рангуне, где молодой муж работает клерком в английском офисе, воспринимается с неодобрением как проявление гордости и показной роскоши. Если девушка единственная дочь, она и её муж остаются до смерти стариков. В Сиаме после завершения брачных переговоров первоочередной обязанностью отца невесты является обеспечение жильём пары. «Принято возводить здание рядом с домом отца невесты; поэтому новобрачного редко можно встретить с собственным отцом, а только с тестем». До рождения первого ребёнка все расходы молодой пары ложатся на плечи отца невесты. Правило матрилокального брака — это первоначальный обычай всех народов Кохинхины. Оно выходит из употребления среди более развитых народов Аннама и Камбоджи, где в более консервативных семьях от жениха требуется лишь проживать с семьёй жены около года. Но среди более простых племён северного Тонкина, откуда происходят аннамиты и камбоджийцы, этот обычай является общим и строго соблюдается. Так, среди мои, наиболее важной и многочисленной группы племён, девушка, вышедшая замуж, не покидает своих родителей; напротив, жить с женой поселяется муж, если только он не достаточно богат, чтобы предоставить ей раба в качестве компенсации. Невесту везут в гости на пять или десять дней в дом свёкра, но брак там не может быть консуммирован. После визита пара возвращается в дом невесты и поселяется там навсегда. Если, как обычно, жён несколько, то это, как правило, сёстры; но если другая жена взята в другой семье, она также остаётся в своём доме, а муж делит своё время между домами своих разных жён. Однако, если вторая жена находится в неблагоприятном положении и не имеет комфортабельного дома, может быть достигнута договорённость, согласно которой первая жена пригласит её приехать и разделить свой дом с мужем и сёстрами. Подобные обычаи соблюдаются и другими примитивными народами северного Тонкина, такими как тай, ман, муонг, патенг. Это правило строго соблюдается и среди населения внутренних районов южного Индокитая.
 |
| Кхмерские девушки в традиционной одежде |
Комментариев нет:
Отправить комментарий