О приручении диких животных.

Из книги Роберта Бриффо "Матери":

«Привязанность детёнышей к матери значительно отличается по своему характеру от материнской любви; она состоит не столько в чувстве нежности, сколько в чувстве зависимости, которое вызывает панический страх, когда эта защита исчезает, и страх перед одиночеством. Детёныши плотоядных животных, даже если они не голодны, неизменно кричат ​​и воют, когда их оставляют одних (P. Chalmers Mitchell, The Childhood of Animals, p. 168). Поскольку она таким образом состоит в первую очередь из чувства зависимости, сыновняя привязанность особенно охотно принимает замену. Она нуждается не столько в матери как таковой, сколько в защитнике, проводнике, человеке, на которого она может опереться. Все молодые животные привязываются к первому существу, животному или человеку, которое будет о них заботиться. Новорожденные цыплята следуют за любым движущимся объектом. Руководствуясь только зрением, они, кажется, не имеют больше склонности следовать за курицей, чем за уткой или человеком». Заботясь о своих цыплятах с самого рождения, мистер Сполдинг полностью вытеснил их мать, и цыплята, без всякого поощрения, следовали за ним повсюду, не обращая ни малейшего внимания на свою скорбящую мать (D. A. Spalding, "Instinct; with Original Observations on Young Animals," Macmillan's Magazine, xxvii, p. 287.) «Когда индейцы убивают буйволицу, — говорит Хеннепин, — телёнок следует за ними и лижет им руки» (L. Hennepin, Voyage, ou nouvelle découverte à un très-grand pays dans l'Amérique, p. 191) Мистер Селус упоминает, что, застрелив самку носорога, которая только что родила телёнка, последний тут же побежал за убийцей своей матери и спокойно последовал за ним в его лагерь (F. C. Selous, A Hunter's Wanderings in Africa, pp. 361 sq). Способ, которым впервые произошло одомашнивание животных, станет очевиден из таких примеров.

Зависимость от матери распространяется на всех спутников, на всех особей, которые признаются не враждебными или опасными, и приводит к общему расположению к дружелюбию и привязанности. «Когда дикие животные становятся ручными, — говорит доктор Чалмерс Митчелл, — они на самом деле передают людям доверие и привязанность, которые они от природы проявляют к своим матерям, и эта точка зрения, как кажется, объясняет больше фактов о доместикации, чем любая другая. Каждое существо, которое от природы наслаждалось бы материнской заботой, готово перенести свою преданность на других животных или на людей. Способность к приручению наиболее выражена у тех животных, которые дольше всего остаются со своими родителями и наиболее тесно с ними связаны» (P. C. Mitchell, op. cit. , p. 206). Травоядные животные почти не проявляют привязанности к людям. Хищники же чрезвычайно привязываются к своим хозяевам; львы и тигры, воспитанные господином Хагенбеком, проявляли волнение и радость, увидев его снова через два-три года (C. Hagenbeck, Beast and Man, pp. 100 sqq). Обезьяны наиболее привязаны к тем, кто их воспитал, среди низших животных, а среди антропоидов — особенно. Г-н Р. Б. Уокер, имевший большой опыт воспитания молодых горилл, утверждает, что они «настолько привязываются к своему смотрителю или помощнику, что разлука с ним почти всегда приводит к тому, что эти ласковые обезьяны чахнут и умирают» (R. B. Walker, in Proceedings of the Zoological Society, xli , p. 684. Cf. W. W. Reade, ibid., xxxi, p. 172 ; W. T. Hornaday, The Mind and Manners of Wild Animals, pp. 95 sqq. Дикий и неукротимый характер гориллы — одна из многих легенд, которые сложились вокруг этого животного).

Мама-горилла с детёнышем

Женщина на фотографии — исследовательница приматов Джейн Гудолл.