О женских инициациях.

"Инициация  является как бы стержнем всей обрядовой жизни архаического коллектива", - верно замечает Л. А. Абрамян. 

Но, помимо мужских инициаций, в архаических обществах существовали и женские инициации. Причём мифы намекают на примат и первенство именно женских инициаций. Изучая австралийский материал, Меггит и Э. Уормс не без основания склонны считать, что исключение женщин из обряда — явление довольно позднее.

Конечно, женские инициации напрямую связаны с месячными. По наблюдениям этнографов, каждый раз, когда у девочки начинались первые месячные, она отделялась и не могла видеть свет. Затем, по окончании менструации, она выходила на свет. «После того, как девочка выходит из затворничества, женщины ведут её и показывают ей землю, водоёмы, цветы, деревья — как будто она видит их впервые». После этого женщины устраивали коллективное празднование и пиршество с танцами и песнями.

Сосуд с женскими фигурами в виде песочных часов и длинными треугольниками, чередующимися с "дрожащими", зигзагообразными, змеевидными узорами. Символика этих украшений имеет  менструальное вдохновение. Кьюзацца (Сиракузы), 3500-3000 гг. до н.э.

Керамический сосуд с росписью, относящийся к культуре Кукутени-Триполье. Здесь мы видим танцующие женские фигуры в виде песочных часов.

Зигзагообразная резьба на одном из дольменов Западного Кавказа. Дольмены использовались в качестве менструальных хижин?

Л. А. Абрамян вступает в полемику с Элиаде и говорит, что искусственная дефлорация, как заключительный этап инициации, могла производиться самими женщинами, без участия мужчин. Об этом говорит хотя бы то, что у нгади операция дефлорации имеет свой эзотерический начальный миф, хранимый в тайне от мужчин [Kaberry Ph. M. Aboriginal woman, sacred and profane. Philadelphia, 1939. P. 99].

По-видимому, - говорит Л. А. Абрамян, - имеется соответствие между обрядом обрезания и дефлорацией. Об этом рассказывается, например, в мифе из Улдеа: женщины, услышав, как кричат от нестерпимой боли инициируемые мальчики (раньше обрезание производилось тлеющей головнёй), пожалели их и бросили на священную площадку острый кремневый осколок, которым они вырезали себе девственную плеву. 

Я не понимаю, как можно "вырезать" девственную плему осколком кремневого камня. Здесь наверно более уместно говорить о "пронзении" и разрыве плевы. Ну да ладно, замнём для ясности. Я вообще считаю, что мужское обрезание пошло от разрыва девственной плевы и кровотечения во время первой брачной ночи. Так как, согласно древним верованиям, "душа человека — в крови", мужчина, созерцая свой окровавленный член после совокупления с девушкой, понимал, что её кровь перешла на него и он, стало быть, "заразился" её душой. Ну, а где душа, там и дух, там и бог(иня), там и культ, там и религия. Чтобы устранить это "заражение", младенцам мужского пола стали делать обрезание, при котором, как писал Василий Розанов, ангел Иеговы "нисходит" на писюлёк мальчика во время истечения крови и пребывает на нём до самой его смерти. В результате этой операции происходит инверсия: не мужчина "заражается" духами от женщины через секс с ней, а, наоборот, ангел Иеговы "проникает" в девушку в первую брачную ночь.