Деревенская община.

Из статьи Т. Г. Владыкиной и Г. А. Глуховой "Половозрастная стратификация деревенского общества в удмуртском народном календаре":

"В обрядах и праздниках годового цикла были задействованы все члены деревенской общины.

Особенностью зимнего переходного времени в календаре северных удмуртов был «бабий» праздник, устраиваемый на следующий после Крещения день. Женщины выбирали распорядителем обряда старого мужчину и под его предводительством с песнями и плясками обходили дома. Посиделки (пукон корка) были основной формой увеселений, которые проходили в бане или в специально выкупленной по этому случае избе. Для парней и девушек посиделки были возможностью познакомиться, выбрать жениха или невесту.  Были популярны игры, приуроченные только к этому периоду. Их основная идея проецировалась на продуцирующую силу человека и природы («Рябчиков стрелять»; «В жгуты») и связь с предками («В жмурки», «В бабочку»).

В зимнем ряженье (вожояськон – из вожояськыны «рядиться, маскироваться», букв.: «уподобляться вожо / превращаться в вожо»; вожояськыса ветлыны –букв.: «ходить [в виде] вожо») участвовали все члены деревенской общины от мала до велика.

Одним из распространённых видов ряженья было травести: мужчина надевал домотканое женское платье (шортдэрем) или льняную юбку (дэра юбка), на голову повязывал скатерть. Женщина надевала мужскую верхнюю одежду (сегодня – пиджак), штаны (брюки), шапку, подпоясывалась вышитым полотенцем. Традиционно ряженые старались не подавать голоса. Они могли издавать какие-либо звуки или петь песни изменёнными голосами только на улице. Встречных они валяли в снегу. При входе в дом оповещали о своём приходе шумом и громким стуком, но в дом при этом входили молча. В избе стучали палками об пол, плясали по кругу под «аккомпанемент» печной заслонки, катков для глажения белья, стиральной доски. Хозяева старались узнать ряженых: пытались снять с их лиц маски или щипали и щекотали, вынуждая подать голос. 

У южных удмуртов разгар масленичного веселья достигал апогея в воскресенье, воспринимаемое как день проводов масленицы. В проводах участвовала вся деревня. У северных удмуртов проводы были смещены на время после полудня до полуночи, причём бразды правления в обряде брали в свои руки только пожилые женщины, но в их «свите» обязательно присутствовала неженатая молодёжь. Старухи надевали красные длинные шестиклинные (а иногда и с большим числом клиньев) платья (шортдэрем) и ходили по домам, угощаясь и исполняя во время застолья напев гостевания (юон-голос). Веселье сопровождалось плясовыми песнями (пурултэм мадь), тексты которых были достаточно фривольны и вне обряда воспринимались как скабрезности.

После обеда праздничный день продолжали женщины детородного возраста. Они выбирали пожилого мужчину, который ходил по домам и созывал всех женщин на праздник. В отдельных деревнях женщины выбирали ещё двоих молодых мужчин, которые, якобы, должны были «защищать» их от нападений, и вооружали своих «охранников» пучками розог. При обходе дворов женщины брали с собой выпивку и несколько корешков хрена. Они угощали мужчин брагой или пивом и на закуску давали откусить корешок хрена, замечая при этом: «Это всё, что осталось от Масленицы».

До недавнего времени в закамской традиции сохранялся также обряд ошорок. На второй день после весенних поминок или на четвёртый день празднования Пасхи старушки рядились в отрепья, надевали вывернутые наизнанку шубы, мазали лица сажей. В руки брали палку, к поясу привязывали морковь, репу,  демонстрируя «мужские гениталии». Иногда они были вырезаны из дерева. С возгласами «И-го-го!» и подпрыгивая, гонялись за молодыми парнями, валяли их, подтыкая палками или морковью. То же самое проделывали с молодицами. Попавшихся навстречу мужчин пытались раздеть донага, имитируя насилие. В это время «ржали, как лошади», пели скабрезные песни или проговаривали устойчивое выражение о назначении своих поступков («Кидыс виятӥськом, кидыс!» «Семена рассыпаем [букв.: заставляем течь], семена!»).

В южных районах Удмуртии весной проводили обряд бусы-сюан (свадьба поля), который продолжался два вечера подряд.  В обряде участвовали достигшие совершеннолетия девушки (14–16 лет), а также более старшего возраста, но незамужние. Девушки, не участвующие в обряде, подвергались осмеянию. Дабы не подвергнуться обструкции, в обряде старались участвовать все. Обязательными его персонажами были ряженые – чокмор. Эту роль выполняли пожилые. Ряженые ходили в толпе, гонялись за ребятишками. Забирались в круг, образованный девушками, и там плясали, боролись друг с другом, катались по земле. Их действия демонстрировали взаимоотношения полов в стремлении магически переплести взаимовлияние продуцирующей функции человека и природы".

+++++++++++++++

Прежде всего бросается в глаза игровой характер всех этих деревенских "тусовок", и, во-вторых, следует обратить внимание на то, что в "тусовках" принимает участие максимально возможное количество жителей деревни ("старались участвовать все"). 

Невольно возникает образ вязанки прутьев (древнеримские фасции), из которых состоит метла. В общем, деревенская община — это и есть "метла", все "прутики" которой тесно прижаты друг другу. В общине нет "неприкасаемых", - и поэтому в календарной обрядности происходят постоянные "тёрки": ряженые тискают молодых девок, старушки "насилуют" мужчин ("заставляют течь", то есть источают из них сперму) и "ржут как лошади".

В этих-то игрищах и формируется община как "единое тело" и "единая душа"...

Теперь уже нет тех игрищ, а за подобные "тёрки" можно получить немалый срок тюремный.

 

P.S. Архаичное общество гомогенно, то есть это однородная система, тождественная по составу частей. Тогда как современное общество гетерогенно, оно содержит в своей структуре разнородные, иногда даже инородные части. 

Говоря о гетерогенном обществе, Герцен (1812 - 1870) заметил, что "жить в две цивилизации, в два пласта, в два света, в два возраста, жить не целым организмом, а одной частью его, употреблять на топливо и корм другую и повторять о свободе и равенстве становится труднее и труднее".

Живём, однако, ещё со времён античного рабства, и вроде бы даже собираемся основать рабовладельческую колонию на Марсе... 😀